хуан-хэ

В приках Ольхоне плавают люди, Ветер несёт меня на букву "Х". Сидит бедуин верхом на верблюде, Не рыба, не мясо, как тот он хрен. По имени не называются вещи, льётся ручьём Незнакомая речь. Суд души чужие, смотреть больше нечего, Незачем тоже, мой взгляд охардневший был, А теперь словно мягким горохом стреляет несмело, Никак не решаясь. Тревога, тревога, тревога, тревога, Как пробка в носу, не даёт мне дышать. Луна насмехается над проходимцем, Не снизойдёт мне арабская ночь, Когда словно шершунь в горло возится хрипло, Словно зубы, задорный нож. Под нами облака интересных форм, Над нами километры горных пород. Перед нами летит жизнь беспечной стрекозой, За нами только выжженный чёрный мох. С нами только шапки зелёных ухор в бесконечной Череде жёлтых камышей, чёрными спичками их голов, Краснотой олень снов, чистота листов, Самородки листьев, упавших в грязь. Отряхни своё белое пальто, беспредельно свидетелю Снова гнёшь, лёжа на глазах друзей, Будто бы бревно.