Район

Парапро. Это полукод, полукод. Я еще мал был тогда, когда все начиналось. Простой пацан, нас тут много крышуют на связях. Но ваше братство хуйня, щас думаю о вас. Не в первый раз ахуеют от этих рассказов. Тринадцатое лето, нам было похуй, Что вредно. Мое общество старше, Видело авторитетов. Я против синих движений, по мне спортзал и пакеты. Но в этом где-то не потерял дни и куплеты. Осень пришла, стало холодно тут или грустно. Там все умрут, но прохожих все это попустит. Мне противно, что когда-то называл их друзьями. В этом когда-то, дай бог, больше не буду с Вами. Я слышал, они обсуждали нас и чем мы Заняты. Я вижу, они в ахуе, смотрю из окон Спальни. Кто-то на таблах давно, Кто-то так и синярит. Кто-то испортил вены, кого-то скоро посадят. Типичный район в типичных окраинах. Здесь ненавидят мусоров, живя по своим правилам. Но спасибо отцу и маме за воспитание. Я ушел и пускай горит ебаным пламенем. Можете меня бояться или почитать, только, Пожалуйста, не считайте меня таким же, как все. Нас объединяет это пристрастие. Мы наркоманы, сидящие где-то при ней здании. Когда догнали, что это неправильно, Тогда уже не паковали пакованы, А брались стаканами. Я помню тот расклад, когда шмонали, когда на брата Одевали кандалы, я не хотел базарить. И чей-то сына может в хламе сесть за руль, А хули? Ему все сходит с рук, пока у Папы есть бабули. А мы всегда все сами за себя решаем, Парень. Мусорам сосать на этих проклятых окраинах. Нам дают дышать, чтобы потом сильнее прижать. И ты тут чей-то брат, пока никому не мешаешь. Районы недостроенные, тут народ босой. Если не валит башка, ты можешь не дойти домой. Там говорят, что наркомания это проблема. Тут смеются с вас, когда дворы видят сирену. И если бы вы знали, как же, сука, заебали, Я бы молчал, а так гори все нахуй пламенем. От падика до падика, от братана до брата была Проложена тропа нормальными ребятами. А вы за капусту льете все гнилому мусору. Я улыбнусь, когда братан натянет вашу суку. От падика до падика, братана до брата была проложена Тропа нормальными ребятами. А вы за капусту льете все гнилому мусору. Я улыбнусь, когда братан натянет вашу суку. Говорят, это не мы, это жизнь такая. Тут суетят, и кто-то кого-то кидает. Мой город красный, тут все под мусорами, Но мы стоим и всегда за свое стояли. Я не знаю, пацан ты или нет, но с Тебя спросит район, когда погаснет свет. Как может быть такое, когда вломил кент? Это, братцы, пиздец, полный пиздец. Кто-то куда-то полез, кто-то дал заднюю, Кто-то с центра, кто-то с окраины. Но ты всегда, братка, оставайся правильным. Будь проще, как и было ранее. Будь жестче, так жизнь заставила. Читаю по глазам, тут у людей паника. Как мы живем, вы, сука, не видали там. Такая жизнь, всем своим салам. От падика до падика, братана до брата была проложена Тропа нормальными ребятами. А вы за капусту льете все гнилому мусору. Я улыбнусь, когда братан натянет вашу суку. От падика до падика, от братана до брата была Проложена тропа нормальными ребятами. А вы за капусту льете все гнилому мусору. Я улыбнусь, когда братан натянет вашу суку. Если бы мы это понимали, мы бы так не Делали. Но кто-то специально скрывает от нас истину. Если бы у вас появился шанс начать все сначала, Вы бы непременно спросили себя: почему? Когда прилетают птицы с юга, кто-то не придет в Себя и мать испуганно заплачет и будет молить Бога. Но гнилые яблоки уже не станут новыми. Но когда ведь выбирали дорогу, Руки дрожали и уверенно пронзали кожу. Что же теперь нету смеха? Унылые клоуны, бывалые души компании разом сломлены. Прохаванные солью больше не увидят солнце. Затмение на социум, скорблю по многим тут. Смотреть наверх боюсь, кто взлетел, Не вернулся. Ужас, пропасть наверху, Не внизу щас. Сущность годами открылась, кто-то вскрылся, Кто-то в крысу всех кинул, кто-то палил, Кто палился. Вот так и скисли товарищи, Мне стыдно. Нахуй такой расклад, Гори все пламенем синим.