Василиса Прекрасная, Чт. 2

Девушки работали. Вот нагорело на свечке. Одна из мачехиных дочерей взяла щипцы, Чтоб поправить светильник, да вместо того, По приказу матери, как будто нечаянно, И потушила свечку. "Что теперь нам делать? Говорили девушки. Огня нет в целом доме, а уроки наши не Кончены. Надо спешить за огнем к бабе Яге. Мне от булавок светло. Сказала та, что плела кружево: Я не пойду. И я не пойду, сказала та, что вязала чулок. Мне от спиц светло. Тебе за огнем идти! Закричали обе. Ступай к бабе Яге! И вытолкали Василису из горницы. Василиса пошла в свой чуланчик, Поставила перед куклою приготовленный ужин и Сказала: На, куколка, покушай да моего горя Послушай. Меня посылают за огнем к бабе Яге. Баба Яга съест меня. Куколка поела, и глаза ее заблестели, Как две свечки. Не бойся, Василисушка, сказала она. Ступай, куда посылают. Только меня держи всегда при себе. При мне ничего не станется с тобой у бабы Яги. Василиса собралась, положила куколку свою в карман И, перекрестившись, пошла в дремучий лес. Идет она и дрожит. Вдруг скачет мимо нее всадник, Сам белый, одет в белом, конь под ним белый, Избруя на коне белое. На дворе стало рассветать. Идет она дальше, как скачет другой всадник, Сам красный, одет в красном и на красном коне. Стало всходить солнце. Василиса прошла всю ночь весь день. Только к следующему вечеру вышла на полянку, Где стояла избушка Яги-бабы. Забор вокруг избы из человечьих костей. На заборе торчат черепа людские с глазами. Вместо верей у ворот ноги человечьи, Вместо запоров руки, вместо замка рот с острыми Зубами. Василиса обомлела от ужаса и стала как вкопанная. Вдруг едет опять всадник, сам черный, Одет во всем черном и на черном коне. Подскакал к воротам бабы Яги и исчез, Как сквозь землю провалился. Настала ночь, Но темнота продолжалась недолго. У всех черепов на заборе засветились глаза, И на всей поляне стало светло, Как среди дня. Василиса дрожала со страху, но, Не зная, куда бежать, оставалась на месте. Скоро послышался в лесу страшный шум. Деревья трещали, сухие листья хрустели. Выехала из лесу баба Яга. В ступе едет, пестом погоняет, Помелом след заметает. Подъехала к воротам, остановилась и, Обнюхав вокруг себя, закричала: Фу! Фу! Русским духом пахнет. Кто здесь? Василиса подошла к старухе со страхом и, Низко поклонясь, сказала: Это я, Бабушка. Мачехины дочери прислали меня за огнем к Тебе. Хорошо, сказала Яга-баба. Знаю я их. Поживи ты наперед да поработай у меня, Тогда и дам тебе огня. А коли нет, так я тебя съем. Потом обратилась к воротам и вскрикнула: Эй, запоры мои крепкие, отомкнитесь! Ворота мои широкие, отворитесь! Ворота отворились, и баба Яга въехала, Посвистывая. За ней вошла Василиса, а потом опять все заперлось. Войдя в горницу, баба Яга растянулась и говорит Василисе: Подавай-ка сюда, что там есть в печи. Я есть хочу. Василиса зажгла лучину от тех черепов, Что на заборе, и начала таскать из печки да Подавать Яге кушанье. А кушанье настряпано было человек на десять. Из погреба принесла она квасу, Меду, пива и вина. Все съела, все выпила старуха. Василисе оставила только щец, немножко краюшку хлеба Да кусочек поросятины. Встала Яга-баба спать ложиться и говорит: Когда завтра я уеду, ты смотри, Двор вычисти, избу вымети, обед состряпай, Белье приготовь, да пойди в закром, Возьми четверть пшеницы и очисть ее от чернушки. Да чтоб все было сделано. А не то съем тебя. После такого наказу баба Яга захрапела, А Василиса поставила старухины объедки перед куклою, Залилась слезами и говорила: На, Куколка, покушай, моего горя послушай. Тяжелую дала мне Яга-баба работу и грозится съесть Меня, коли всего не исполню. Помоги мне. Кукла ответила: Не бойся, Василиса, поужинай, помолися да спать Ложися. Утро мудренее вечера.