Ностальжи E

Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… Почти у всех уже дети, тут одноклассницы замужем, А я со своей музыкой так крепко, не оттащить за уши. Пусть строка пока ещё за строкой тянет блокнот в телефоне. Важно — близкие рядом, а не всевдо-шобла на фоне. Твой комент никуда не упёрся, я спиннер в центр Белинского. Пожалел так много людей я в ходе общения близкого. Признан — не значит не избран, призван, чтоб бить вам за пристав. Ты забери себе своё мнение и не будь, как сука, капризным. Пошуршим дальше по встречной, время уж вечер к полуночи, Белые найки, на автомате домой, дорогой заученной. Мне ведь лучше видно стало теперь с прошлого года. Родной в два этажа дом сменил руслом реки у завода. А что нам тут, мы вдохновение просто за тонером ловим. Так и живём, в конце зимы ниже нуля честно готовим. Нам надо бы больше времени, а где его можно размутить более? Пока тут увлечен тем, чем в результате стал болен. Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… В моей мойке на кухне собралось много грязной посуды, Раскиданы шмотки повсюду, пылится наше фото с супругой. Снова наедине со звуком, готово пару треков для круга, Больше смысла, больше хуков, больше сердца, больше духа. Дай мне бит, продюсер, и чаще жми на чёрные клавиши. Я расскажу о нажитом. Постскриптум: псевдонимом представившись. Перейду к новому рифу, это мой ритм не для хита, не для вида. Моя Вселенная покрыта густым, сиреневым дымом. В связке с микро и битом, как всегда открыто и честно. Голос с подъезда донесся до Нового Света, до Поднебесной. Сыграла на интерес, простая пацанская песня Оказалось правдой, что музыка может вылечить меня от всех болезней. Так уж сложилось, что по жизни то сладко, то горько. Признаваясь в любви, вряд ли подумаешь, что всё это кажется только. Сколько прожито, никогда бы не подумал, что проживу столько. И вся эта гонка вряд ли уместится на СD или плёнке. Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… Я на минуту трек увеличу душевным куплетом, Тянуло к запретам, как детей на денюхе к конфетам. Тревога в голосе, не потухло в вене боинги. Седые детки смеются, читая ваши комменты. У кого, там как сложилось, по*уй со своим им мнением. Запиченный сэмпл создан, дабы заебать вас пением. Видел людей в облаках, но чаще видел падение. На заднем ценю близким свежак в моём исполнении. По Белинки пробка 9 баллов — *уй сдвинемся. Любимый маршрут «одиннадцать», значит точно увидимся. Мобила людей, всё ещё слушают, сегодня снова без ужина. В доме больше убитых, чем в июле третьего в Тушино. Ночью пятница в основном оседает по студням. Столько лет убито, и пусть это будет прелюдия. Ниже нуля для меня, как души состояние. Моя муза — не блядь, значит с ней ещё будут свидания. Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… И я живу, пока слова сбиваются в куплет. На каждом шаге рифма — выдох, Ведь для меня это давно уже не просто музыка, А смысл жизни, как для кого-то огнестрел навылет. И я фанатик до глубины души битов петель, сверху накиданных, Всей той братской возни в студийной клинике. Когда за окнами давно уж ночью город спит, Сердца людей неумолимо под одеялами бегут на финиш, А мы всё пишем, режем, сводим, Чтобы к утру готов был трек на вынос. Сердца троих горят в одном крутом братском посыле. По бездорожью, по ухабам, ямам, глине Наш рэп уверенно ползёт, когда давно уже другие слились. Он проезжал и мимо пьедесталов ваших рэп-кумиров. Не стал задерживаться сильно, За этот бизнес стало очень стыдно. Врубив пониженную, прибавил газу, двинул выше, Цепляя за собой таких же… Шуршат пожелтевшие листья в тревоге… Шуршат пожелтевшие листья в тревоге…