Муравей

Муравей. Какой-то Муравей Был силы непомерной, какой не слыхано ни в древни Времена. Он даже, говорит его историк верный, Мог поднимать больших ячменных два Зерна, Притом и в храбрости за чудо почитался: Где б ни завидел червяка, тотчас в него впивался И даже хаживал один на Паука. А тем вошел в такую славу он в муравейнике Своем, что только и речей там было что о Нем. Я лишние хвалы считаю за отраву, Но этот Муравей был не такого нраву: Он их любил, своим их чванством мерил и Всем им верил, а ими наконец так голову набил, Что вздумал в город показаться, Чтоб силой там повеличаться. На самый крупный сеном воз он к Мужику спесиво Всполз и въехал в город очень пышно. Но ах, какой для гордости удар! Он думал, на него сбежится весь базар, Как на пожар, а про него совсем не слышно: У всякого забота там своя. Мой Муравей то взяв листок потянет, То припадет он, то привстанет: Никто не видит Муравья. Уставши наконец тянуться, выправляться, С досадою Барбосу он сказал, который у воза Хозяйского лежал: "Не правда ль, Надобно признаться, что в городе у вас народ без Толку и без глаз? Возможно ль, что меня никто не примечает, Как ни тянусь я целый час? А кажется, у нас меня весь муравейник знает". И со стыдом отправился домой. Так думает иной затейник, что он в Подсолнечной Гремит, А он дивит свой только муравейник.