Бим

По дворам да по темным Улицам старый Бим Ночью не заблудится. Ищет он своего Хозяина, но молчат Питера окраины. Громче лай-лай-лай-лай-лай, не надо Тише. Громче лай-лай-лай-лай-лай, Вдруг я услышу. Громче лай-лай-лай-лай-лай, не надо Тише. Громче лай-лай-лай-лай-лай, Вдруг я услышу. Осенний дождь посреди ночи разбудит. Любовь отравляет незаметно, подобно ртути, Проникает в клетки и делает мир светлее. И люди любят, а я как будто не умею. И видя пары вечерами из окна машины, Мне становится невыносимо грустно и паршиво. Стрелы летят в сердца, но, к сожалению, Они пробить не могут твой холодный камень в груди. Не от того ли ты один? Где ключи от счастья надежно спрятаны, А годы все мчатся. Этот больной город я знаю наизусть и потому песни Сочинять о нем я не возьмусь. И я могу часами так бродить один или кататься По районам, пока не кончится бензин. По дворам да по темным Улицам старый Бим Ночью не заблудится. Ищет он своего Хозяина, но молчат Питера окраины. Громче лай-лай-лай-лай-лай, не надо Тише. Громче лай-лай-лай-лай-лай, Вдруг я услышу. Громче лай-лай-лай-лай-лай, не надо тише. Я услышу. Громче лай-лай-лай-лай-лай, Лай-лай-лай-лай-лай, вдруг я услышу. Это Вечная моя проблема. Слишком совестливый человек, чтобы свернуть налево. А людям ничего не стоит расколоть на трое и Говорить, мол, так уже было все до него. Промолчу, не стану хвататься за грубое. Молитву прочитаю в кровь искусанными губами. Пусть не поймут, отвергнут, высунут в спину. Я, как и прежде, за правду, но без старого Бима. Не достучаться до небес сломанными крыльями. Любовь, разлука, достато наелся этой пылью. И когда погаснет свет в ледяных венах, В глазах у многих перемкнет на мгновение клеммы. Попробуют на вкус соленую горечь, Но никто больше не придет им на помощь. Е! Ага. По дворам да по темным Улицам старый Бим ночью не Заблудится. Ищет он своего Хозяина, но молчат Питера окраины. Питера.