Недостойная. Часть 3. Глава 02-01

Глава вторая. Утром следующего дня я обнаружила Арманиуса не в Инвалидном кресле, а на диване. Он пил чай и с таким аппетитом жевал какой-то Пирожок, что я не выдержала и улыбнулась. "Я смотрю, вам лучше" "Намного." Он кивнул, глядя на меня, Тем не менее, все еще мутноватыми глазами. "И вижу лучше, и ожоги не так чешутся, И я даже смог пересесть с кресла на диван. До этого с трудом перебирался" "И аппетит хороший," закончила я, Продолжая улыбаться. "Все признаки выздоровления. Замечательно! Доедайте, снимайте халат и ложитесь, Как вчера. Сначала обработаю вам ожоги, Потом займемся глазами и уже после этого приступим к Контуру." Пока я доставала все необходимое из сумки, Арманиус быстренько доел, допил и послушно лег, Скинув халат. Я зачерпнула ладонью мазь и, Подойдя ближе, начала смазывать ректору грудь. Сегодня на мне было зеленое платье с небольшим Круглым вырезом, и когда я наклонилась над Архимагистром, оттуда выскользнула цепочка, Которую подарил мне Рон еще в университете. Арманиус прищурился, изучая ее, А потом спросил: "Что это такое блестит у тебя На шее? Амулет какой-то?" "Да." Свободной рукой я вновь заправила цепочку за Ворот. "Защитный. Ничего особенного." Странно, но я явно ощутила, как сердце ректора под Моей рукой забилось чуть чаще. "А кто его делал? Заказывала или..." "Друг делал. Университетский." Я чуть не прикусила язык. Арманиус же не должен знать, что я училась в Университете, я ведь медсестра. Но он вновь ничего не сказал по этому поводу, Только кивнул едва заметно и задумался. В таком полнейшем молчании я намазала его тело Мазью, затем закапала в глаза и сделала уколы, А после попросила лечь на спину, выпрямиться и Приступила к массажу. Архимагистр стоически терпел все мои действия, Хотя ему точно было очень неприятно, И не издавал ни звука, иногда только чуть вздрагивал Или тяжело сглатывал. Вообще-то я привыкла к подобным процедурам, Но причинять боль Арманиусу оказалось неуютно. "И это неправильно, Энн. В тебе все еще слишком много личного." Ректор вдруг зашипел, выгнулся, И я поспешила объяснить: "Сейчас пройдет, Сейчас. Это контур. Вы его ощутили, он вспыхнул на мгновение, И это хорошо. Чем быстрее пациент ощущает сломанный Контур, тем быстрее наступает выздоровление." "Не волнуйся, я в порядке." Прохрипел Арманиус и закашлялся. "Демоны, как же сухо." "Я сейчас дам вам воды" "На кухне" "У меня С собой есть." Я достала фляжку с водой, Которую носила в медицинской сумке, вода никогда не Бывает лишней, и маленькую кружку, Налила туда жидкости до краев и протянула Архимагистру. "Спасибо, Энн." Он жадно выпил все до капли и, Вернув мне кружку, улыбнулся. Но улыбка веселой отнюдь не была. "Да, ощутить контур в семь макоктав после прежних Девяноста пяти это... Он на секунду замолчал, словно подбирая слова. "Необычно. Впрочем, хоть так. Выживу с этим. У тебя и того меньше. А маг ты отличный." Я в это время убирала кружку обратно в сумку И, услышав похвалу, застыла, абсолютно потрясенная. Но через пару мгновений удивление от того, Что Арманиус сказал мне доброе слово, куда-то Схлынуло, оставив после себя недоумение по другому Поводу. "Архимагистр," я повернулась к нему лицом и Вгляделась в глаза. "Откуда вы знаете, какой у меня резерв? Вы не можете сейчас его видеть. Завтра, наверное, сможете, но сейчас нет. И откуда вы знаете, какой я маг? Не считая того светлячка, я не творила при вас Магию. Вы... Я запнулась. Да, глупые вопросы. Наверняка Арманиус просто навел справки, Хотя я была уверена еще накануне, что ему пока Не до этого. Но, видимо, нашел время. "Я просто поспрашивал про тебя у нескольких Знакомых," подтвердил мои мысли ректор. "Не обижайся, Энн. Ничего плохого никто не говорил. Только хорошее." Я почувствовала, как вспыхнули щеки. Слава Защитнице, архимагистр не может пока этого Рассмотреть. Но неужели он знает, что был против моего Поступления? Что я все равно училась, Что стала лучшим выпускником курса, Что мне дали орден Золотого Орла за спасение Арчибальда. Конечно, про то, что Арманиус меня спас Восемнадцать лет назад, он не может ни знать, Ни помнить. Рассказать об этом некому, Кроме меня самой. А помнить такое нереально. Он же спас очень много людей за эти годы. "Ты молодец, действительно молодец," Продолжал между тем архимагистр. Голос его звучал хрипло, но твердо, Уверенно. "А я был не прав когда-то. Могу теперь это признать. Я ошибся и рад, что у тебя хватило таланта И упорства не бросать свою мечту." В глазах щипало так, словно он мне туда горсть Соли бросил. "Из тебя вышел прекрасный маг и замечательный Ученый, Энн. И я надеюсь, что ты совершишь еще Множество удивительных открытий для магической Медицины." закончил ректор почти совсем угасшим, Но, тем не менее, теплым голосом. "Мне вновь лечь?" Он будто бы и не ждал от меня никакого Ответа. Впрочем, и правильно, я не знала, Что сказать. Я и осознать до конца не могла Того, что случилось Арманиус извинился передо мной? Признал свою ошибку? Наверное, я сплю и вижу сон. Поначалу, учась в университете, я действительно Мечтала об этом. Мечтала, чтобы он заметил меня, увидел, Похвалил за успехи, назвал достойной. А потом перестала мечтать, перестала верить в то, Что это возможно. Я сосредоточилась на учебе и науке И только иногда, думая о ректоре, ощущала горечь в Сердце, словно от предательства. Но я тоже была неправа. Он не предавал меня, он меня даже не знал И, что задевало больше всего, не хотел знать. Но так бывает. Любовь не всегда встречает отклик и Взаимность. Моя вот не встретила. Да, ложитесь. Он послушно опустился на диван, И я продолжила массаж, и до конца процедуры Арманиус Не сказал мне больше ни слова. Во сне Берт вновь видел огонь. Наверное, он теперь до конца своих дней будет Смотреть такие сны. Впрочем, ничего удивительного после всего Случившегося. Арманиус провел рукой по лбу. Влажный, нет, даже демонски мокрый, И явно температура повышена. В прошлый раз защитник, как же по-дурацки это Звучит, такого не было. Может, что-то не так? Берт покосился на браслет связи и сдавленно Выругался. Цифр на нем он различить не мог. Придется использовать говорящие часы, А потом и голосовой набор, если он все же Решит связаться с Энн. Но пока лучше подождать. Вдруг станет легче? Арманиус усмехнулся, вспомнив тягостное молчание, С которым его накануне рассматривали император и Гектор Дайт. Берт не говорил Арену про уменьшение Резерва, поэтому для него это оказалось сюрпризом. Но Его Величество быстро справился с эмоциями и, Опустившись в кресло, спросил: "Какого демона ты Забыл в Геенне?" Да, выводы Арен сделал моментально. Что ж, это логично, ведь только Геенна могла так Опустошить резерв мага. И архимагистры на Совете наверняка поймут. Пока не ясно, чем это кончится, Но в любом случае для Энн опасности уже не Будет. "Ваше Величество, я бы рассказал, Но рассказывать долго, и моего голоса может не Хватить. Запишите мои воспоминания о последних трех Неделях жизни в кристалл памяти. Так вы сможете увидеть все подробности, Причем без риска, что я что-нибудь забуду". Арен кашлянул. Жаль, Берт не мог видеть выражения Лиц императора и Дайда. Наверное, они были забавными. Кристалл памяти чаще всего использовался в случае с Преступниками. Редко кто из обычных магов позволял Записать свои воспоминания, хотя сама процедура Записи была безболезненной и безопасной. К тому же это стоило недешево из-за цены кристаллов, Поэтому к подобным мерам прибегали редко. "Держите". Берт протянул императору небольшой Прозрачный кристалл, который он взял из старых Запасов Агаты. Она изучала свойства камней на первых Курсах университета как артефактор и тогда же Приобрела парочку кристаллов, как она тогда Выразилась, для коллекции. "И конечно, я не зря позвал теб--то есть Вас, Аэлдайк. Я хочу, чтобы вы тоже посмотрели". "Я уже понял", невозмутимо произнес главный Дознаватель. "Ваше Величество, Вы сами все сделаете или мне?" "Лучше ты, Гектор. Я не люблю ломать чужие головы". "Слово "ломать" сюда не подходит, Ваше Величество", Возразил Дайд, вставая с кресла и подходя к Берту. Взял из его ладони кристалл и приложил ко лбу Арманиуса. "Мы всего лишь приоткроем на мгновение дверь, Возьмем то, что нужно, и аккуратно закроем ее Обратно. Расслабьтесь, архимагистр. Я делал это миллионы раз. Сосредоточьтесь на самом первом воспоминании, На самой первой картинке. Да, вот так. Есть! Кристалл засветился. А теперь ждем. Сейчас ваши воспоминания заполнят Кристалл, и он погаснет. Все. Держите, Ваше Величество". Гектор отошел от Арманиуса, после этой процедуры у Него слегка закружилась голова и в глазах зарябило, И отдал императору кристалл памяти. "Смотрите сначала вы, а потом уж я". "Хорошо", сказал Арен. "Сейчас поглядим, с какого я решил снять с тебя Печать-запрет на вход в Геенну". Берт улыбнулся. "Я был очень убедителен, Ваше Величество. Очень". Сегодня мы с Байроном начали экспериментировать, Но успехов не достигли. Впрочем, это неудивительно. Глупо ожидать успехов после одного дня исследований. Хотя Осириус все равно расстроился. Наверное, это из-за его хирургической натуры. Привык видеть результат практически сразу. Но с терапией этот номер не пройдет. "Ты не расстраивайся", сказала я, когда мы с Байроном выходили из хирургического отделения. "Сразу ничего не бывает. Я почти три месяца билась над различными вариантами Лечения, пока мне удалось получить хоть какой-то Результат. С Арчибальдом, считай, Повезло". "Да тебе вообще везет. И с руководителем повезло, и с темой работы. Я только потом понял, почему Валиус тебе этот бред Утвердил с твоим-то уровнем дара. Никто из больных близко не подпустил бы тебя к Себе, кроме безнадежных". Ответить я не успела, хотя я и не стала Бы отвечать, поскольку на моем запястье настойчиво Завибрировал браслет связи. Это оказался Арманиус, и сердце у меня тревожно Сжалось. Я махнула рукой Байрону, Чтобы не ждал меня, а затем отошла в сторону, В гостевую зону, дабы никому не мешать, И ответила на вызов Появившаяся перед моими глазами проекция Архимагистра выглядела не слишком хорошо. Лицо его было влажным от пота. Температура? Нетипично. "Энн," ректор прищурился, видимо, Не мог разглядеть мою проекцию. "Я прошу прощения, но, возможно, Это важно. Я весь горю и--" "Я сейчас перенесусь к вам, Архимагистр," перебила я Его, начиная волноваться. Да, у моих больных бывает температура, Но не на этом этапе. Слишком рано. "Пять минут. Только сбегаю в лабораторию за своей сумкой." Он кивнул. Я отключилась и побежала в лабораторию за Вещами. Я не могла понять, с чем столкнулась, и это Немного пугало. Нужно заставить Арманиуса рассказать Как можно более подробно о том, что случилось в Тот день, когда его контур был сломан. Возможно, тогда я смогу понять, как ему помочь. В любом случае необходимо описать все это в моей Научной работе. Уникальная ситуация: Под воздействием демонов Геенны у мага изменился Резерв. Но почему только у Арманиуса? Чем эти демоны отличались от всех прочих? Я, конечно, не специалист по демонам, Но... во всем этом есть что-то странное. Проверив, все ли необходимое находится в сумке и Сообщив заведующему терапевтическим отделением, Что я отлучусь к Арманиусу, я достала иглу-артефакт, Подаренный мне когда-то Роном, ввела ее под кожу на Запястье и начала строить пространственный лифт. Через несколько минут я уже была в доме ректора И, поднявшись по лестнице на второй этаж, Практически вбежала в библиотеку, Даже не задумавшись, там ли Архимагистр. Ведь он мог бы перейти в спальню. Но нет, Арманиус был в библиотеке. Полусидел на диване, глядя в окно, за которым валил Снег, хотя ректор точно не мог его разглядеть, И повернул голову на звук открывшейся двери. И вдруг сказал то, от чего я чуть не Споткнулась: "Защитник, как же мне хочется тебя Увидеть". Кажется, сердце на пару секунд перестало биться, А потом вновь застучало в прежнем ритме, Когда я поняла, что Арманиус имел в виду совершенно Не романтику. Конечно, ему хочется увидеть окружающий мир и меня в Том числе. Поэтому я не стала ничего переспрашивать. Это было бы глупо. Вытащила из сумки градусник и Протянула ректору. "Мерите температуру во рту, Пожалуйста." Он послушно вставил тонкий Металлический аппарат в рот, а я тем временем Доставала все необходимое, чтобы взять кровь. Через двадцать секунд градусник запищал, И я, забрав его у Арманиуса и взглянув на Деления, замерла от удивления. Почти тридцать девять градусов. Надо сбивать. "Так, давайте руку, Возьму анализ крови." Архимагистр послушно закатал рукав рубашки, И я приступила к делу, переживая, что увижу сейчас По анализу какое-нибудь воспаление. Но кровь у Арманиуса была в полном порядке, И я, немного подумав, развела ему в воде Жаропонижающее пополам с общеукрепляющим и дала Выпить. "Должно подействовать в течение часа," Сказала я, садясь рядом с ректором на диван. "Если не подействует, тогда я вас заберу в Стационар. Вам нужно будет находиться под Присмотром, так как придется ставить капельницу. Сейчас я побуду с вами, а вы пока расскажете Мне все, что случилось в тот день, когда был Сломан ваш контур." Архимагистр чуть нахмурился. "Я вроде рассказывал." "Кратко да," кивнула я. "Но мне нужны подробности. Все, что можете вспомнить. Понимаете, это нетипично. Нет, даже не так. Это невозможно. У вас изменился резерв. Это противоречит правилам." "Из любых правил бывают исключения." Его губы тронула слабая улыбка, словно он подумал о Чем-то приятном. "Значит, мне повезло, И я исключение." На мой взгляд, это скорее не повезло. "Везение или его отсутствие это ненаучно, Архимагистр. Меня интересуют только факты. Что конкретно случилось с вами в тот день? Опишите мне во всех подробностях. Сегодня вы, завтра кто-то еще. Я должна понимать, как с этим работать." Арманиус молчал несколько мгновений, А когда заговорил, то делал это медленно, Словно обдумывая каждое свое слово. "Энн, то, что я тебе сообщил, это максимум того, Что я могу сказать. На мне печать молчания, которую поставил Император. У моего дела гриф "Секретно". Я так удивилась, что, кажется, даже чуть приоткрыла Рот. "Но... Что секретного может быть в демонах Геенны?" Он молчал и теперь уже явно не собирался отвечать На поставленный вопрос. А я лихорадочно размышляла. Значит, печать молчания Императора. Получается, Арманиус знает то, что нельзя Рассказывать. Какая-то ерунда. Мне не нужны никакие секретные сведения, Только описание событий. В конце концов, моя работа не менее важна, Хоть у нее и нет никаких секретных грифов. "Энн," продолжил Архимагистр, и голос его показался Мне на удивление мягким. "Поверь, мои воспоминания ничем тебе не помогут. Да, ты поймешь, почему так случилось, Но... Ты не сможешь никак использовать эти знания." "В смысле?" "В смысле тебе не позволят разглашать тайну Изменившегося резерва." "А как лечить, если--" "Таких пациентов, как я, больше не будет," Покачал головой Арманиус. "Я уверен в этом. Но если вдруг я ошибаюсь... Никак, Энн. Меня нельзя вылечить Мне захотелось его придушить. "Опять вы с этими похоронными настроениями, Возмутилась я. Знаете что? Врач здесь я, а не вы. Я буду решать, можно вас вылечить или нельзя". Ректор улыбнулся, и эта улыбка, Неважно, что глаза остались мутными, А кожа на лице обожженной. Улыбка была замечательная и преобразила лицо Арманиуса так, что мое сердце вновь остановилось Второй раз за сутки. "Я не спорю, решать будешь ты, Энн". И голос такой мягкий. Защитницей я не узнаю своего ректора. Своего. Мечтательница неисправимая. "Что у вас с меткой университета?"-пробормотала я, Пытаясь сгладить неловкость сменой темы. "Не знаю, не вижу. Смотри сама". И Арманиус протянул мне запястье левой Руки. Я резко выдохнула и закусила губу. Метка. Ее практически не было. Очень слабый рисунок: книга, меч и перо, Практически незаметный. "Судя по твоему вздоху, метки почти не видно. Я прав?" Да, мне было больно. Больно от того, что я не знала, как это Исправить. Как сделать так, чтобы Арманиус не Потерял свое ректорство? "Демоны." Архимагистр вдруг приподнялся и чуть Коснулся пальцами той руки, где была метка, Моего запястья. "Энн, не расстраивайся, все хорошо. В конце концов, мне всегда не слишком-то нравилось Быть ректором". Да, про нелюбовь Арманиуса к своей должности ходили Легенды, но все равно. "И потом она ведь еще не исчезла. Вот когда исчезнет, тогда уж я буду думать, Что делать дальше. Кем работать, если я не смогу быть ни ректором, Ни охранителем. Но это точно случится не сегодня". Он вновь мягко улыбнулся и вдруг осторожно погладил Меня по запястью и сразу убрал руку. "Да, сказала я глухо и, с силой отвернувшись от Него, вновь достала градусник из сумки. Вы правы, архимагистр, не сегодня, А сегодня меряйте температуру". Через полминуты я уже с облегчением смотрела на Цифру тридцать семь. Сработало. Значит, такую реакцию выдал организм Ректора на вспыхнувший в первый раз контур. Возможно, это связано с уменьшением резерва. Организм к такому рисунку не привык. Что ж, если это так, то подобные лихорадочные Состояния будут сопровождать Арманиуса на протяжении Всего лечения. Наказав сообщать мне, Если температура будет повышаться или появятся еще Какие-то тревожные симптомы, я вернулась в Госпиталь.