Глава 3. Ветер перемен. , Ч. 3

Асса! В конце июня все того же эпохального 1988 года В Челябинске состоялась помпезная премьера культовой Ленты Сергея Соловьева, явившаяся свежим глотком Свободы, витавшей в воздухе. Перестройка шла полным ходом, уже вовсю хозяйничали Кооператоры. Кое-кто стал модно одеваться, А у некоторых особо предприимчивых и хватких Появились денежки. Замануха мероприятия была в хорошо отрекламированном Допремьерном сеансе и сопровождающем его шоу. В прокат "Асса" должна выйти аж в октябре, А тут почти за полгода премьера. Пропустить такое было никак нельзя. В кинотеатре "Урал" яблоку было негде упасть. Каким-то чудом доставший билет я еле протиснулся в Двери, отстояв нехилую очередь. При полнейшей загрузке в фойе на втором этаже среди Пальм и прочих экзотических растений возвышался Подиум, на который по очереди чинно восходили девки В купальниках и с длинными ногами. За ними следовал парад культуристов в узких трусах и Какие-то нелепые, но веселые ведущие с шутками и Дешевыми конкурсами. Разбавляли весь этот китч две группы: Скучный хардовый Паноптикум и совершенно неожиданно Появившийся, как черт из табакерки, Наш знакомец Очкарик и его резиновый дедушка, Сократившийся до трио и приведший публику в экстаз Своим зажигательным хитом про толстую Люду. В финале фильма при появлении на экране Цоя публика Аплодировала и рыдала стоя. Событие это запомнилось еще и потому, Что совпало с драматическим эпизодом моей биографии. Турист. Родители подарили мне путевку в палаточный Молодежный лагерь на озере Увильды. По программе три первых дня юные любители природы Должны были провести в гостинице "Турист" на Лесопарковой. Предполагалось, что ребята Познакомятся и подружатся, а потом вместе поедут на Озеро на автобусах. Но, увы, не все были настроены столь открыто и Дружелюбно, как я. В соседнем гостиничном номере три мерзопакостных Гопника из нашей туристической группы бухали и Волочились за знакомыми девчонками из моей школы, Также по случаю оказавшимися там. Дойдя до кондиции, шпанцы докопались до меня прямо На лестнице в вестибюле, требуя три рубля, А получив отказ, ударили в лицо. Под глазом образовался синеющий бланш приличного Размера. Умывшись холодной водой, Я сел в троллейбус и поехал до дома, Где вынул спрятанную в ящике письменного стола Железную болванку, а вернувшись в гостиницу, Снял цепочку со сливного бачка унитаза, Привязав ее к болванке и получив кистень, Подобрал пару пустых стеклянных бутылок и вышел на Балкон. На соседнем вместе с вышеупомянутыми тёлками Пили пиво, курили и ржали во всю глотку мои Обидчики. "Слышь, громко обратился я к одному из них, Подойди сюда". "Че ты сказал, козел?" Ошалевший от неслыханной наглости быдлан хотел было Рвануть через перила, чтобы ударить меня, Но через секунду в бритую башку полетел самопальный Кистень, намотанный мной на руку. Тот еле успел увернуться. Удар пришелся по спине. Парень взвыл от боли, как раненый шакал. Все происходило молниеносно. Девки завизжали, а я метнул пустую бутылку во Второго недоумка. Та вдребезги разбилась о кирпич, Не причинив ему вреда. Соседи смекнули, что имеют дело с психопатом, И в мгновение ока гоп-компанию сдуло с балкона, А я, почуяв кровь и одержимый жаждой мести, Рванул в коридор и, заливаясь слезами, В истерике стал дубасить кистенем дверь их номера, Как Джек Николсон в фильме "Сияние". Крики, визги и трехэтажный мат слышала, Пожалуй, вся гостиница. Когда в двери была уже пробита приличная дыра, Как древнегреческие боги из машины появились мои Родители. Сердцем почуяв неладное, Они после незапланированного странного визита сына Домой решили проверить, все ли у него в порядке, И подоспели в самый критический момент. На шум сбежались администраторы и рядовые Отдыхающие. После разбирательства и опроса Свидетелей я был оправдан, а гопников сняли с Маршрута и заставили за свой счет покупать новую Дверь. По туристической группе молниеносно прошел Слух и меня во время отдыха на озере не Только никто не трогал, но напротив, Все дружили и даже любили. Начало большого пути. К великой радости мои музыкальные пристрастия Разделяли одноклассники Вадя Казаров и два Алексея Широков и Фролов. Масла в огонь подлила наша классная Вера Евгеньевна, Сообщив первого сентября восемьдесят восьмого года, Что в школе появился новый преподаватель, Который собирает ансамбль, и все желающие могут Записаться. Что мы с радостью и сделали. Молодой педагог взял быка за рога, Выбив бюджет на музыкальные инструменты и каморку за Актовым залом для репетиций, но через месяц случайно Нажрался, пришел на урок пьяный и к тому же Обгадился прямо перед учениками, За что и был незамедлительно изгнан дирекцией Учебного заведения вон. Ансамблисты на какое-то время остались предоставлены Сами себе и слонялись без дела. НОМП. Ситуацию спас появившийся как по волшебству Невысокий рыжебородый интеллигентный Евгений Андреевич в жилетке, руководитель того самого диско Клуба "Изотоп", куда я иногда захаживал. Педсовет пригласил его организовать внеклассную Творческую работу с учащимися вместо Проштрафившегося предшественника. Звезды сошлись, и он возглавил школьный ВИА, Объясняя нам азы нового увлекательного хобби, Ставшего впоследствии для меня смыслом и образом Жизни. Хотя сам особо ни на чем не умел Играть и профессиональным музыкантом не являлся. Новоиспеченному ансамблю была выделена пара колонок, Пульт и усилок, а также гитара Урал, Самодельный бас, переделанный из ленинградской Полуакустики, и синтезатор. Красная ударная установка состояла из бочки с Педалью и пары пионерских барабанов, Используемых в качестве альтов, Плюс несколько никудышных тарелок саратовского Производства с клеймом в виде русалки, Дудящей в трубу. Роли распределились быстро. Вадик захотел играть на басу, рыжий Леха на гитаре, А высокий Леха на клавишах. Я же поначалу потянулся в сторону доморощенной Барабанной кухни, но после первой пробы понял, Что это не мое. На ударные пригласили мощного Димона Овсянникова из соседнего двора. Тот учился в спортивной школе, увлекался плаванием и Был накачанным, но добрым и позитивным парнем, Дружившим с двумя Лехами. Евгений Андреевич, он же Борода, показал пару Аккордов и куда нажимать на басу. После чего понеслось. Репетировали страстно и почти каждый день собирались В комнатенке. Важен был сам процесс и ощущение Значимости нашего дела. О результатах и карьере тогда никто и не помышлял. Тут же придумали название НОМП Неформальное Объединение мирных панков. Хотя о настоящей панк культуре тогдашние школьники Имели весьма отдаленное представление, Но чувствовали нутром, что это такое, И интуитивно делали так, как считали нужным. Главное быть не таким, как все, самовыражаться и Нести хоть какую нелепую, но отсебятину, Прежде всего, чтобы нравиться самим себе и Одноклассницам. А на остальное наплевать. Вермут розовый. Мой двоюродный брат Антон, Который в детстве рвал бороду Деду Морозу, Был на год старше и учился в престижной Математической тридцать первой школе. Хоть и был он закоренелым физиком, по сути, Лирическая сторона все же проявлялась в виде его Увлечения авторской песней. Он неплохо освоил гитару и посещал бардовские Тусовки. Где-то весной восемьдесят девятого живший По соседству кузен зазвал меня в гости и попросил Захватить с собой магнитофон. К нему на огонек заглянул уже широко известный в Узких кругах Леха Беляев из местного КСП. Его требовалось записать на мой кассетник с Микрофона. Леха темпераментно пел, Аккомпанируя себе на шестиструнке. Я еще больше проникся процессом и искренне радовался Участию в доморощенной записи, Нажимая на кнопку Rec и искренне внимая переборам с Ля на ре минор. Среди опусов, исполняемых молодым человеком в Свитере, были "Дерева вы мои, дерева", "Илья Муромец" и некий блюз про котов, Которые пили розовый вермут. Я запомнил слова и впоследствии, Когда мы уже собрали школьную группу, Предложил одноклассникам сыграть ее по своему. Таким образом, в репертуаре группы НОМП был уже Рок-н-ролл, блюз про бухих котов и примитивные, Но отчаянные каверы на "Крокодильский рок-н-ролл" Элтона Джона и "Дом восходящего солнца". Конечно, помимо песен всех интересовало, Что же такое этот вермут розовый. Примерно в тот же период я впервые ощутил на Губах вкус спиртного, когда первый раз напился в Восьмом классе на крыше собственной школы с другом Пашкой. Зачем мы туда залезли, Не помню. Наверное, чтобы быть на высоте. Как в тумане долго спускались по пожарной лестнице, Перед этим опорожнив на двоих ноль пять русской Водки почти без закуски. И приятель страховал меня от падения. Смутно припоминаю, как наша англичанка Лия Григорьевна, приятельница моих родителей, По совету которой я и перешел в данное учебное Заведение, запалила меня, шатающегося в опустевшем Школьном коридоре. Эге, Витя, да ты, Я вижу, сильно пьян. Ай, ай, ай! Но предкам не нажаловалась. А уже в последних классах, когда начался весь этот Движ с рок тусовками, в нашу каморку за актовым Залом старшеклассниками втихаря приносился портвейн И все тот же розовый вермут. Весьма популярные в те годы напитки. Употребляли, но безобразий не учиняли, Вели себя более менее пристойно, и все шалости Как-то сходили с рук.