Крематорий

Suicide, Финале все негодяи, Scato, Шалай. Не чуя запахи не покрыл губы, дневной свет окутал Каждого словно купол. Тело номер пять превратится в уголь, Кровати крематорий раскаленный до такой твердый. С каждым разом мертвой полиэтилен холодный накрывает Чье-то тело черным и белым стелет. Стены принимают смело из трубы в виде дыма душа Улетела. Из-за чего же льют дожди скажи? Радость душ приветствует принятием новой души, Прикалывая бирки на пальцы, уши поступления больные. В жару и стужу на место ушедших завозят не Нашедших, разбивших, но бывших, Сумасшедших, не дошедших, на обрыве упавших, Больше не вставших, мертвых тел пропавших. Присыпан пеплом чужую сажу. Вертикальным подъемом забралась небес стража, Капля за каплей пропитывают пол алый. Обреченные лежат под одеялом, ждут минуты, На которые плюнуть не жалко. Все равно ведь закроются в топке ставни, Вот поэтому и на них плюнуть не жалко, Потому что закроются в топке ставни. Жар огня пожирает смело тело, душа улетела, Тлела искра надежды, но такое миллиарды раз бывало Прежде. Где же теперь те мечты? Почему же льют дожди, скажи? Жизни виражи, смерти куражи, лабиринты мироздания Всегда открыты. Чистые листы и книги в переплетах пламенем пылают, Превращаясь в прах. Страх сидит на цепи у тени С косой, будто пес ручной. Ты чувствуешь холодный гнев, ты слышишь его вой лишь По одной простой причине ты еще живой. Поопустись, постой, не торопись, Приколись, посмотри, кто за твоей спиной. Тени по углам или тень с косой? Идет еще война или уже окончен бой? Или уже окончен бой? Ты не можешь выйти за рамки возможного, Прошлое героев без имен и будущего. Кто закопал его на глубину могил сырых братских Скопьев кость к костям? Дырка в черепе у тушки слепое, холера язвы пашь. Синиток сорваны, бомбы взрывные части. Твои глаза они светили пламенем в зурам саката. Он не последний, кто следующий? Без толка на совесть и трепета к пашем сжадьчена Проволока зубы гвоздями рваными. И снова слеп, как никогда по заточению сыростью Пальцами миллионы их души свободны. Ночь и молчание, концентрация холокоста, Бездна скорби. За что образок сорвана шкура заживо Погребенный? Нет соотвесник ненависти с тем, Кто побежденный. Помни, сбивая самолеты, Падения в них все равно бомбы. Он не отрекся, кто седьмой по счету снова первый Под ливнем пуль постигший тайны времени третье Рождение он вечный.