Книга E

Моим ногам не привыкать к боли. У микрофона кукловод небритый алкоголик. Я проебал, но приобрел, так что на весах все. Советами теми я не жил, а нахаркал на рамсы. Советчики со всех сторон плодились, как китайцы. И близких кругов, как сейчас, тогда двух, Блядь, пальцах. Я посчитал кого-то пьяницей, Стал таким же. За спину ранец, и я шел туда, где думал Пища. И дело не в глотке воды не там, Где славы вышка. Все, о чем прошу Всевышнего, Рано не вбивать крышку. Законом я притч, я не жил, не считал это Фишкой. Ты что-то не вкурил, Модест, Пятнадцатого книжку. Модест, Модест, пятнадцатого книжку. И только слезы мамы стоят очень дорого. Советами папы выбрался с поводом и без повода. Характер сложен, но я смог укрепиться на трости. И сейчас в дом не вхожи те, кто раньше Были гости. Я видел предательский взгляд, Пропитавший мой холод. Но ни шагу назад не дал оступиться мне город. Круг общения не важен, не стал ни быдлом, Ни вором. Людям помогал безвозмездно и лавандой, И колом. Настоящим остался для тех, Кто в спину плюнул. Я помню каждую суку, Тот, что клялся мне другом. И этот ветер так же под лопатки дует сзади. Привет, салам, салют, сева, че за нут, Ой, дядя. Привет, Салам, салют, Сева, че за нут, ой,