Сказка о золотом петушке, Чт. 2

Вот проходит восемь дней, а от войска нет вестей. Было ль, не было ль сражения нет Додону донесения. Петушок кричит опять: "Кричит царь другую рать. Сына он теперь меньшого шлет на выручку большого". Петушок опять утих. Снова вести нет от них. Снова восемь дней проходит. Люди в страхе дни проводят. Петушок кричит опять: "Царь скликает третью Рать и ведет ее к востоку сам, Не зная, быть ли броку". Войска идут день и ночь, им становится не в Мочь: ни побоища, ни стана, ни надгробного кургана Не встречает царь Додон. "Что за чудо?" Мыслит он. Вот восьмой уж день проходит, Войско в горы царь приводит и промеж высоких гор Видит шелковый шатер. Все в безмолвии чудесном вкруг шатра, В ущелье тесном Рать побитая лежит. Царь Додон к шатру спешит. Что за страшная картина! Перед ним его два сына, без шлемов и без Лат, оба мертвые лежат, Меч вонзивши друг во друга. Бродят кони их средь луга по притоптанной траве, По кровавой муроле. Царь завыл: "Ох, дети, дети! Горе мне, попались в сети оба наши сокола. Горе, смерть моя пришла!" Все завыли за Додоном. Застонала тяжким стоном глубь долин, И сердце гор потряслося вдруг. Шатер Распахнулся, И девица, Шамаханская царица, вся сияя, как заря, Тихо встретила царя, Как пред солнцем птица ночи. Царь умолк, ей глядя в очи, И забыл он перед ней Смерть обоих сыновей. И она перед Додоном улыбнулась и с Поклоном его за руку взяла И в шатер свой увела. Там за стол его сажала, всяким явством угощала, Уложила отдыхать на парчовую кровать, И потом неделю ровно, покорясь ей Безусловно, околдован, восхищен, Пировал у ней Додон.