Так однажды ночью я стал собакой

Так однажды ночью я стал собакой, На меня смотрела одна луна. Я хотел заплакать, но вдруг загавкал, Небосвод стал набок и стал стена. Так однажды ночью я стал мохнатым и взглянул на Мир с низовых углов. На меня набросились ароматы, я лобаст, Силён, стал круглоголов. Так однажды ночью стал мокроносым и когтями взрезал Мерцанье почв, отряхнул и космы, И звёздный космос, и вдохнул в себя полной грудью Ночь. Так однажды ночью стал желтоглазым, От вибраций стен исходила тьма. Я искал, что делать и где опасно. Я был ясен, местность сошла с ума. Грохнул Месяц, став отраженьем лужи. Я шагал по травам и сквозь бурьян, крался тихо, Чтобы не обнаружить, как и трезв в том мире, Что явно пьян. Я был сер и волк, но кренилось время, Зашипели взрывы горящих искр. Я узнал себя на стальной эмблеме и помчал на Месте, как вестник быстр. Сквозь мельканье арок, заборов, улиц и плетенье Лестниц я гнал свой бег. Вдруг открылось что-то, глаза очнулись, И внезапно вспомнил: я человек. Человек на крыше огромной башни, Кто занёс подошву над высотой, а внизу невиданные Пейзажи, неизвестный город страны не той. Я Прильпнул к стенке, но негде скрыться: позади Погоня, а здесь отвес. Я собрался и обернулся птицей, Разложив на воздух свой птичий вес. Я скользнул без тяжести и сомнений, Высоту держа напряженьем крыл. На руках лишь перья, а в горле пенье, А в груди вся сила, что я открыл. Так однажды ночью я стал вороной, Стал пернатым волком, раскрывшись крест, Наслаждаясь силою крыл синхронных, Издавая голоса хриплый треск. Впереди маячили башни цели, позади остался погони Гам. Я проснулся утром пустой и целый. Я хочу обратно узнать, что там. Что там? Что там? Что Там?