Фантазия "Сон"

В сон погружаюсь, как в подвал сырой и чадный, Чахоточной свечой стены осветив. Там, как большие совы, праздники скучают, Больные головы на руки уронив. Безбожно кашляя от горькой папиросы, Больной студент в шинельке прячется от тифа. Напротив философ цитирует Спинозу, Купаясь в музыке словесных логарифмов. Слова горбаты, философия банальна, И, как положено во сне, все материально. Слова, как мыши, расползаются по щелям. Тень философа на стене висит кощеем. Я дальше шествую, свечою осветив Слепца-шарманщика и фикус на треноге. В шарманке-мясорубке крутится мотив, И пятачок, сверкнув орлом, летит под ноги. Но с пятака слетит орел, и легкой павой над Головами проскользит слегка двуглавый. Ему репрессии, аресты нипочем, И он, присев слепцу на левое плечо, Моторным басом под жужжание шарманки споет куплеты О безверии и вере. Шарманщик спрячет его бережно в карман и растворится С ним в домашней атмосфере. А дальше длинные тоннели коридоров, Ведущие в гробницы сталинских строений, В мир новостроек и разрушенных соборов, В мир пятилеток и ушедших настроений. А впрочем, нет, те коридоры бесконечны, И раз вошедший в них останется навеки. Ведь потеряется в пути огарок свечки, И темнота, как мертвецу, закроет веки. Так попадаемся к цыганке на приманку. Так бесполезно торговаться с палачом. Так заспиртованная мышь в литровой банке от жизни Намертво залита сургучом. Так еженочные подвалы, сновидения, Плутание по коридорам бесконечным. А утром серое похмелье пробуждения с больною головой И обгоревшей свечкой.