Маленький принц, ч. 2

Так я познакомился с маленьким принцем. Нескоро я понял, откуда он явился, Но когда он увидел мой самолет, Он спросил. А что это у тебя за штука? Это не штука, это самолет. Он летает. И я с гордостью объяснил ему, Что умею летать. Как? Ты упал с неба? Да. Как интересно! Значит, ты тоже явился сюда с неба? Впрочем, на этой штуке ты не мог прилететь издалека. Стало быть, ты? Ты попал сюда с другой планеты? Да? Но мой маленький друг не отвечал. Он засыпал меня вопросами, но когда я спрашивал его О чем-нибудь, он словно и не слышал. Но из разговора с ним я понял, Что его родная планета вся-то величиной с дом. Впрочем, это меня не слишком удивило. У меня есть серьезные основания полагать, что Маленький принц прилетел с планетки, которая Называется Астероид В612. Он был замечен в телескоп лишь один раз, в 1909 году. Я сообщил вам его номер только из-за взрослых. Это их убедит, и они не станут докучать вам Расспросами. Взрослые очень любят цифры. Не стоит на них сердиться. Дети должны быть снисходительны к взрослым, А для тех, кто понимает, что такое Жизнь, Я бы охотно начал эту повесть как волшебную Сказку. Жил да был Маленький принц. Он жил на планете, которая была чуть побольше его Самого, И ему очень не хватало друга. Каждый день я узнавал что-нибудь новое о его Планете, о том, как он ее покинул и как Странствовал. Он рассказывал обо всем понемножку, когда Приходилось к слову. На пятый день, опять-таки благодаря барашку, Я узнал тайну маленького принца. Послушай, Если барашек ест кусты, Он и цветы ест? Он ест все, что попадется. Даже такие цветы, у которых есть шипы? Да, и те, у которых шипы. Тогда зачем шипы? Этого я не знал. Я был очень занят. В моторе заело один болт, и я старался его Отвернуть. Мне было не по себе. Положение мое становилось серьезным. Воды почти не осталось, и я начал бояться, Что моя вынужденная посадка плохо кончится. Зачем же тогда нужны шипы? Неподатливый болт выводил меня из терпения, Я ответил наобум: "Шипы? Шипы ни зачем не нужны. Цветы выпускают их просто от злости". Ох! Не верю я тебе. Цветы слабые, они простодушные, И они защищаются, как могут. Они думают, если у них шипы, их все боятся. А ты думаешь, что цветы-Да нет же, Ничего я не думаю. Я ответил тебе первое, что пришло в голову. Ты же видишь, Я занят серьезным делом. Серьезным делом? И это ты называешь серьезным делом? Ох, Ты говоришь, как взрослые. Все ты путаешь. Ты ничего не понимаешь. Я знаю одну планету. Там живет господин с багровым лицом. Он за всю свою жизнь ни разу не понюхал Цветка, ни разу не поглядел на звезду. Он никогда никого не любил. Он занят был только одним. Он складывал цифры и с утра до ночи твердил: "Я человек серьезный, я человек серьезный". Совсем как ты. И прямо раздувался от гордости. А на самом деле он даже не человек. Он гриб, шампиньон. Что? Шампиньон. Маленький принц даже побледнел от гнева. Он тряхнул головой, и ветер растрепал его золотые Волосы. Миллионы лет у цветов растут шипы и миллионы Лет овцы все-таки едят цветы. Так неужели же это не серьезное дело? Понять, зачем же они так стараются отрастить шипы, Если от них нет никакого толку? Да разве это не серьезно и важно? А если я знаю один-единственный в мире цветок? Он растет только на моей планете, и другого такого Больше нет нигде. А какой-то баран вдруг в одно прекрасное утро Возьмет да и съест его и даже не будет Знать, что он натворил. Это тоже, по-твоему, неважно? А если любишь цветок единственный, Какого больше нет ни на одной из многих миллионов Звезд, этого довольно. Смотришь на него и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: "Где-то там живет мой цветок". Но если какой-то баран Съест этот цветок, это все равно, Как если бы все звезды вдруг погасли. Это тоже по-твоему неважно? Он больше не мог говорить. Он вдруг разрыдался. Я бросил работу. Мне смешны были и злополучный болт, И молоток, и жажда, и смерть. На звезде, на планете, на моей планете по имени Земля плакал маленький принц, и надо было его Утешить. Я взял его на руки и стал баюкать: "Цветку, который ты любишь, ничто не грозит. Я нарисую твоему барашку намордник, Я нарисую для твоего цветка броню, Я...". Я плохо понимал, что говорил. Я чувствовал себя ужасно неловким, Неуклюжим. Я не знал, как позвать, Чтобы он услышал, как нагнать его душу, Ускользающую от меня. Ведь она такая таинственная и неизведанная, Эта страна слез. Я тогда еще не знал, что это за цветок, О котором так беспокоился маленький принц. Но очень скоро я узнал о нем