убитые параграфы E

Black Market, RM Digga, Homie One, Убитые параграфы. Твою бабини, Пусть прочувствует. Я тебя покалечу, сука, я тебя покормлю, Сука. У-у-убитые. Пусть прочувствуют все цитадели грехов. Мысли опасные, пуля, не для рахов. Корёженный белый барак напичкан ядом. Лучше не спрашивай, сколько за дичку я дам. Ничего, туда бы дорогой пределе, Да было бы смепресса. Десна по никому за три чуца, make it wow. Энерджи билдинг от любви такой рохелба. Флешмачину бы не дорасти до Модерна. Нервы запаси, будет верно. Если любящий отец педофил, Если человек крокодил в парах, В зубах не коса, так только если иногда. И тебе пора уже бросать, то, что клюёт и Гниёт, и не видно этому конца. И все отводят от экрана глаза. Это прикол, пацан, и всё в добром. Озон тусклый, пока я крепостным добрым. Хотя кричат: «Яму под гроб рою», Но в бузе пока нам остались кухни и не Полон жоп кроды. Дубиновой или резиновой, или сердитой битой, Но эти параграфы убиты. Албами или серыми, или синей свитой, У-убиты, у-у-убиты. Дубиновой или резиновой, или сердитой битой, Но эти параграфы убиты. Албами или серыми, или синей свитой, У-убиты, у-у-убиты. Давай, битого, это ведь это и есть истина. Убитые параграфы это как жуткий культ, Сука. Синоним абсолютного зла, Как удары ножа в область желудка, И ты еле дыша. Так кровожадно глотаешь, что уже в адную черноту Перебить быкому сходу. Не так легко пустить вновь Бога к оскольбью. Не так легко смыть свою кровь чьей-то кровью. Не буди, ведь там одни сволочи. На лакмусовых лицах синева, будто от щелочи. Свет ночи навряд ли Млечного Пути это. Горят костры, это. Они там ценят преданность? Ага, я покажу бессилие людей. Кто ты такой, если разделение тебя на пять частей, Брат? И кто застрял на той сетчатке трупа? Злость наконец-то вырвется, разжав кривые зубы. Календари полумертвы, значит, зима. Тут до чего меня довели или свели с ума. Прайс гроба расфасован на пробу. Чикай, чикай, пацан, твой бог брода. Нам не надо это дерьмо из Бага. Кормить креком подерженный слюной. Припорошить землей мой кислотный рай. Вылетай в окно, ой, моя мать. Эти стены в теплой ванне под режуем. Как будущую мать пугает кесаревым. Не истину перебирать тут, доверять людям. Давить на вид грубый, дарить любовь сукам. Зенать веками пустые глаза. Продать от ветра их теперь нахуя. Эту ферму трупов наполнит свитой. Когда? Когда параграфы будут убиты. У-убиты, у-у-убиты. Но эти параграфы убиты. Албами или серыми, или синей свитой, У-убиты, у-у-убиты. Я, ты до сих пор клюёшь падаль, Сука. Убитый параграф доведет таких, Как ты, до инсульта. Дай им сутки, они превратят весь этот гребаный мир В одну сплошную Камасутру. Нам не нужен перевод, попробуй выключить звук. Нас любой немой поймет с курда. Urban останется для каждого, как old school, Как в фильмах Брюс Ли Дольф Лундgren. Каждый грешник от короля до пешки, Но у каждого принципиально свой двуглавый перстень. От зарплаты до пенсии андеграунд убиться, Как Майкл Джордан в воздухе держит марку, Как Энгельс. Я видел памятник, который людям маячит Свой палец. Я не праведник, поэтому был зачинщиком Кровавых пятниц. Я не судья, чтоб судить, кто король, кто слащавый Принц. На кварталах один путь, он пролегает от комы До капельниц. У подъезда в кайф, Как бездонный шприц, как на крышах жилых домов куча Бездонных птиц. И твой картонный щит не лыком он шит, Будет вырезан. Куча голодных убийц. Но эти параграфы убиты. Но эти параграфы убиты. У-убиты, у-у-убиты.