все относительно E

Кому-то много бабла и золотых вставок, Некоторым утром хотя бы похавать. Как кому так-то распределят достаток, А пацанам достаточно потертых тапок. Водки побольше, да делать бы без сдачи, Чтобы сгорбившись не считать сдачу. Нищета точит, закаляет в натуре, Таких хуй возьмешь обычной пулей. Люди прячут стволы, прячут тут, Другие ныкают от мамы наркоту. Дети растут, скоро затянут жгут, Скоро там воткнут, а позже их оплачут. Дымит карабин, сруб тебе светит. Там старик, что-то страшнее смерти. И Ретино или Верде, какая разница? Там каждому опалят задницу, пацан. Пьем до дна. Снова льем до краев. Вид из окна. Тот же унылый район. Так повелось у нас. Каждому свое. Бывает тяжко, братан, но мы еще споем. С-Е-В-Е-Р, холодный климат, особые нравы, Травмы ноу лимит. Пацаны мутят, дала-дала дыл, ё, Под старый саксофон крутой фасон, Ё. Город запоздало формирует составы, По швам трещат кварталы вандалами. Разбитые подъезды, о них ходят легенды, За ними ходят тени с лезвием. И я тут трезвый, сквозь толщу темноты пробивной Запах стандарта. Немного фарта на брата, кому-то чем-то напоминает Штаты. Просто т-т, типун тебе на язык, Перекрестись, перекресток, Россия проснись. Ты А ты О, я вижу высь и с Самого дна мне бы туда, но я не закончил Тут все свои дела. Салам, black market. И тебе салют. Большую землю окутала ночь, а у нас утро. Вырони помылок в понедельник, огонь и хило от него. Кто-то будет не быть начеку, блядь, начало дня. Вид из окна не сулит ничего хорошего. Лабиринты острова замедляют гемопоз. Люди в миссионерских позах ждут передоз. Здесь кто-то врос с корнями, кто-то вечно пьяный, Кто-то вместе с кровью вдыхает кокс ноздрями. Воспрянуть с мечтами стоит много, Бо. Люди как чертополох под секачами Бога. Нам нужен хват, слышишь? И больше времени. И я закрою веки на судьбу ее истерики. Еретики, шлюхи, пьяницы вокруг и кровь, Кровь не смыть с изрезанных рук. Аля улю, там наверху хоть ты помолись. Шалом, диггер, а у тебя как жизнь? Жизнь проверяет нехило. Я вкуриваю по ходу, но до хера и дебилов, И крыс. Я удаляю номера из мобилы, Но без ведома братков забирает могила. Поворотов куча, брат, все время не влево, Вправо, надо яростнее, злее пуще брать. Дабы не прозибать, дабы не вылететь совсем, Чтобы на камень не ложила розы мать. Все относительно, товарищ. И ежели говоришь, что тебе хватает, То паришь. Вижу этот блеск, когда размером в толстую Прет зеленых сотен. Просто жесть. По кайфу здравую хату, матерых красот и соску справа Пиздатую. По кайфу грабить деньги лопатой, Братуха, пахать, пахать, пахать надо. Пьем до дна. Снова льем до краев. Вид из окна. Тот же унылый район. Так повелось у нас. Каждому свое. Бывает тяжко, братан, но мы еще споем. Пьем до дна. Снова льем до краев. Вид из окна. Тот же унылый район. Так повелось у нас. Каждому свое. Бывает тяжко, братан, но мы еще споем.