Можно писать как Веласкес

Можно писать как Веласкес И при этом быть скучнейшим малым. Бэзил, честно говоря, всегда был скучноват. Только раз он меня заинтересовал. Я очень любил Бэзила. Играйте, играйте, Дориан. Я хочу, чтобы вы мне сегодня поиграли. Я вчера был в деревне, Поехал туда один и остановился в маленькой харчевне. Зачем было его убивать? Бэзил очень известен и носил дешевые часы, И врагов у него нет. А впрочем, убийство всегда промах. Никогда не следует делать того, О чем нельзя поболтать с людьми после обеда. Весь май, Чудесный май был в этом году, не так ли, Гарри? Я ездил к ней два-три раза в неделю. Цветы яблони падали ей на волосы, И она смеялась. Гетти очень хороша собой и удивительно напоминает Сибил Вейн. Помните Сибил, Гарри? Каким далеким кажется это время. Положите себе на тарелку Очищенной клубники, Гарри. Милый друг, В деревне всякий может быть праведником. Чудесная клубника. Посыпьте ее сахаром. Странное дело, Как только кто-нибудь бесследно исчезает, Тотчас разносится слух, что его видели в Сан-Франциско. Замечательный город, должно быть, этот Сан-Франциско. Бедная Гетти! Сегодня утром, когда я проезжал верхом мимо их Фермы, Я видел в окне ее личико, белое, Как цветы жасмина. Скорее всего, он свалился с омнибуса в Сену, А кондуктор скрыл это, чтобы не иметь неприятностей. Да, да, я склонен думать, что именно так и Было. И лежит он теперь под мутно-зелеными водами Сены, А над ним проплывают баржи, И в волосах его запутались длинные водоросли. Из-за чего вы разошлись? Я и Гетти, Мы должны были уехать вместе сегодня. Но вдруг я решил оставить Гетти такой же прекрасной Чистой, какой встретил ее. Так вы начали свою праведную жизнь? Послушайте, Дориан, Почем вы знаете, Может, ваша Гетти плавает сейчас как Офелия Где-нибудь среди кувшинок в пруду, Озаренном звездным сиянием. Перестаньте, Гарри. Это невыносимо. То вы все превращаете в шутку, То придумываете самые ужасные трагедии. Мне жаль, Что я вам все это рассказываю. Политикой я не интересуюсь. В политике едва ли найдется хоть один человек, На которого художнику стоило бы расходовать краски. Правда, многие из них нуждаются в побелке. Я пришел к выводу, Дориан, что в основном женщины Делятся на две категории: ненакрашенные и Накрашенные. Милый Бэзил, это просто бессовестно. Вы прислали мне мой портрет в великолепной раме, А я даже не поблагодарила вас. Милый Дориан, у меня нет вашей фотографии. У Гарри, если я не ошибаюсь, их семнадцать штук. Вот уж семнадцать! Ну не семнадцать, так восемнадцать. Ну, садитесь, Дориан, И посмотрим, каков новый здешний шеф-повар. А потом вы нам расскажете все по порядку. Принесите нам кофе, коньяк и сигары. Я бросил ей цветы, И она на меня взглянула. Бэзил? Я не дам тебе курить сигары. Принесите папиросы. Впрочем, папирос не нужно. У меня есть. И не правда ли, это странно, Что мне так хотелось с ней познакомиться? Нет, ничуть не странно. А почему, Гарри? Объясню как-нибудь потом. Я сидел в убогой ложе, совершенно очарованный. Забыл, что я в Лондоне, что у нас теперь Девятнадцатый век. Ах, если бы вы ее видели! Ну хорошо, скажите. Передай мне спички, Бэзил. Благодарю. Скажите, как далеко зашли ваши отношения С Сибил Вейн? Гарри, Сибила Вейн для меня святыня. Но только святынь и стоит касаться, Дориан. Перестань, Гарри, ты обижаешь Дориана. Право, Не понимаю, за что я вас так люблю. И чего вы рассердились? Каждый вечер Я вижу ее на сцене. Я видел ее в Италии, умирающей во мраке склепа. Безумная проходила она к преступному королю. Она была невинной Дездемоной, мальчиком Розалиндой. Я видел ее во все века и во всех Костюмах. Обыкновенные женщины не волнуют нашего Воображения. В них нет тайны, Они для нас открытая книга, но актриса... Смеетесь? Ох, не смейтесь, Гарри. И почему вы мне не сказали, Гарри, что любить Можно только актрис? Оттого, что я любил многих актрис, Дориан. Но Джульетта, Гарри! Представьте себе девушку лет семнадцати с нежным, Как цветок, личиком. Глаза синие озера страсти, губы лепестки Роз, а голос... Никогда я не слышал такого голоса. Нет, не клянись. Хоть радость ты моя, но сговор наш ночной мне Не на радость. Он слишком скор, Внезапен, необдуман, как молния, Что исчезает раньше, чем скажем мы: "Вот молния!" О милый, спокойной ночи. Пусть росток любви в дыхании теплым лета Расцветет цветком прекрасным в миг, Когда мы снова увидимся. Друг добрый, доброй ночи. В своей душе покой и мир найди, Какой сейчас царит в моей груди.