Ржавчина

В советские годы про авторитетов ещё не снимали Скандальных телесюжетов. Винтом, черняшкой, марафетом по притонам где-то Здоровье убивали только урки и поэты. Работяги спиртом обжигали глотки. Слухи и легенды ходили о воровских сходках. Пацанята собирались вечером у голубятни, Чтоб со свистом в небе чубатых погонять им. На районе у вожухи фиксатый дядя Вася, А по улицам открыто не ходили пидорасы. Участковый знал в лицо всю окрестную шпану. После танцев были драки в городском саду. За сказанное слово всегда могли спросить. И не надо тут Горбатого лепить, моросить. Кого-то провожали в армию защищать страну, Кого-то на тюрьму, типа искупать вину. Правда у каждого своя, я согласен, Но язык силы всем предельно ясен. В ярости бык атакует ткань красную. Человек может быть в сто раз опаснее. В дикие девяностые Шварценеггер с плаката сказал Молодым: ты можешь всё, как Терминатор. Никого не бойся, это новое время. Бери от жизни всё. Кто не даёт, ставь на колени. Старый урка хрипел, сжимал в руке заточку. Один против десяти спортсменов бычьё. Никаких правил, никаких понятий. Вы ж за деньги удавите отца родного с матерью. Товарищи Калашников, Макаров, Токарев стали спорить Друг с другом по-жестокому. Малиновый пиджак на плечах, как мантия. Короли из народа. Демократия. Рыжьё, бэха, пацаны шли к успеху. Черви съели тех, кто не успел с темы съехать. Романтично, как зефир в шоколаде. Это всё лохам покажут по телеку в Бригаде. Правда у каждого своя, я согласен, Но язык силы всем предельно ясен. В ярости бык атакует ткань красную. Человек может быть в сто раз опаснее. Слышь, это наш коммерс, мы его крыша. А вы чьи будете? Щас всё распишем. Такие разговоры теперь вы не услышите. И будет лучше, если будете как мыши вы. Посчитано, поделено, семь раз перепроверено. Никого не удивишь шестисотым Мерином. Дела легальны и всё меньше выстрелов. Свои чиновники, полковники, министры копают глубже Русло для финансовых потоков. Все на крючке, свободных нету от оков пороков. Не дремлет око Старшего Брата. Одни щемятся в Лондон, другие заезжают в хаты. Зачем есть крошки, если есть красные корки? Кому икорка, кому полынь горькая. Пока неудачники на кухнях синьку квасят, Серьёзные люди бюджеты пилят железом власти. Правда у каждого своя, я согласен, Но язык силы всем предельно ясен. В ярости бык атакует ткань красную. Человек может быть в сто раз опаснее. Правда у каждого своя, я согласен, Но язык силы всем предельно ясен. В ярости бык атакует ткань красную. Человек может быть в сто раз опаснее. Правда у каждого своя, я согласен, Но язык силы всем предельно ясен. В ярости бык атакует ткань красную. Человек может быть в сто раз опаснее.