Красный октябрь E

У Тебя критические дни, ты орёшь по поводу и без. Я уже запилен, как винил, и помню, Что такое секс. Чувствую себя твоей прокладкой. Все вопли впитываю без остатка. От возмущения покраснев, я еле сдерживаю крик, Но гневом отвечать на гнев это не выход, Отупи. Shut up! Поэтому я просто начинаю улыбаться во все тридцать Два, мимо ушей пропуская все твои слова, Согласно головой кивая, типа ты права. Да, дорогая, я виноват. Я провинился еще до того, как родился. Мое рождение это мой второй косяк. Его исправить нельзя ни дать, ни взять. Не получается из меня твоей мамы зять. Вокруг так много мужиков сильных, А я один у тебя такой отвратительный. За столом похож то ли на свинью, то ли На саранчу. Нет дел, подумав, которые мне были бы По плечу. Сочиняю чушь, сутками на гитаре бренчу, На нормальную работу устраиваться не хочу. Сына с деревом не ращу, не строю особняк. В ожидании конца циклорвульского календаря. У тебя критические дни, ты орёшь по поводу и Без. Я уже запилен, как винил, И не помню, что такое секс. Чувствую себя твоей прокладкой. Все вопли впитываю без остатка. От возмущения покраснев, я еле сдерживаю крик, Но гневом отвечать на гнев это не выход, Отупи. Shut up! Почти неделю уже в грязи по шею стоя, Рою окопы, копаю траншеи, жду завершения боя. Рвутся снаряды, пустеют рожки и обоймы. Как могу, терплю. Но вся броня моя уже в Пробоинах. Флагом белым машу, но тебе по барабану, По-моему. В плен ты меня не берешь. Я давно уже пойман. Сложно довольно не стать Покойником в войне, где бомбы падают только туда, Где тебе наиболее больно. Твои слова, словно в голову контрольный. Красная власть наш дом превратила в смольный. Я арестован, мне не избежать расстрела. Твой голос снова набирает децибелы. У тебя критические дни, ты орёшь по поводу и Без. Я уже запилен, как винил, И не помню, что такое секс. Чувствую себя твоей прокладкой. Все вопли впитываю без остатка. От возмущения покраснев, я еле сдерживаю крик, Но гневом отвечать на гнев это не выход, Отупи. Shut Up!