На всякого мудреца довольно простоты, Чт. 5

В какие ты отношения поставил себя к Тетке? Ну, я человек благовоспитанный, дядюшка, Учтивости учить меня не надо. Ну вот и глупо, вот и глупо. Она еще довольно молода, собой красива. Нужна ей твоя учтивость. Врага ты что ли нажить себе хочешь? Я, дядюшка, не понимаю. Не понимаешь. Так, так слушай, учись. Слава богу, есть тебе у кого поучиться. Слава богу. Женщины не прощают тому, кто не замечает их красоты. А! Да, да, да. Скажите из ума вон. То-то же, братец, хоть ты и седьмая вода на Киселе. А поди сюда. Хоть ты седьмая вода на киселе, от тетки родственник Имеешь больше свободы, чем просто знакомый. Ага. Можешь иногда, как будто по забывчивости, Лишний раз ручку поцеловать. Ага. Да не мне. А, ага. Ну, глазами там что-нибудь. Я думаю, умеешь? А? Не умею. Экой ты, братец, ну вот так во. Полноте, что вы, дядюшка, что вы, Как можно? Да ты перед зеркалом хорошенько поучись. Ну, вздохни иногда с томным видом. Покорнейше вас благодарю, дядюшка. Все это немножко щекочет их самолюбие. Покорнейше вас благодарю, да и- Да и для меня-то покойнее. Пойми ты, пойми. Я-то... Ну вот опять не понимаю. Женщина она темперамента сангвинического, Голова у нее горячая, очень легко может увлечься Каким-нибудь франтом. Черт его знает, какой механик попадется, Может быть, совсем каторжный. В этих прихвостнях бога нет. Вон оно куда пошло. Ага. А тут, понимаешь, ты, не угодно ли вам, Мол, свой испытанный человек. Ой! И волки сыты, и овцы целы. А, понял? Ой, ума, ума у вас, дядюшка. Надеюсь. А вот еще обстоятельство, чтобы со стороны не Подумали чего дурного. Так вы меня познакомьте с Туркиной, а там уж Я открыто буду ухаживать за племянницей и даже, Пожалуй, для вас, если вам угодно, И посватаюсь. Вот уж тогда действительно будут и волки сыты, И овцы целы. Так, так, так. Дело, дело, дело. Ну, Клеопатре Львовне мы, разумеется, не скажем про Трусину ни слова. Ну, не то чтобы ревность, А, знаете, ну, есть такое женское чувство. Кому ты говоришь? Знаю я, знаю. Не-не-не, изрекаться не надо. Не-не-не. Ну так когда же мы к Трусиной-то? Да завтра вечером. Ну, теперь ты знаешь, что тебе нужно делать. Что делать? Удивляться уму вашему. В дверях останавливаются Клеопатра Львовна и Городулин. Через две недели он будет определен. Через две недели я вас и поцелую. А, Иван Иванович, а я к вам заезжал сегодня. Хотел вам дать совет по клубному делу. Извините, Нил Федосеевич, некогда. До свидания. Так поедемте вместе, я вам дорогой. Мне в Сенат нужно. Целуйте ручку. Ваше дело улажено. Я вас не просил. Нужды нет, я сама догадалась. Куда же вы? Домой. Я слишком счастлив. Я побегу поделиться моей радостью с матерью. Вы счастливы? Не верю. Счастлив, насколько можно. Значит, не совсем. Значит, вы еще не всего достигли. Я достиг всего, на что я только мог надеяться. Нет, вы говорите прямо. Всего вы достигли. Ну а чего же мне еще, Клеопатра Львовна? Я получу место. Не верю, не верю. Вы хотите в таких молодых годах показать себя Материалистом? Хотите уверить меня, Что думаете только о службе, о деньгах? Клеопатра Львовна. Хотите уверить меня, что у вас никогда не бьется Сердце, что вы не мечтаете, не плачете, Что вы не любите никого? Клеопатра Львовна, я не говорю этого. А если любите, можете ли вы не желать, Чтобы и вас любили? Я не говорю этого. Нет, вы говорите, что всего достигли. Я достиг всего возможного, на что я только мог Позволить себе надеяться. Значит, вы не можете надеяться на взаимность. В таком случае, зачем вы даром тратите ваши чувства? Ведь это же перлы души. Говорите, кто эта жестокая? Но ведь это пытка, Клеопатра Львовна. Говорите, негодный, говорите сейчас. Я знаю, я вижу по вашим глазам, что вы Любите. Бедный, вы очень, очень страдаете. Вы не имеете права прибегать к таким средствам. Вы же знаете, что я не посмею ничего скрыть От вас. Кого вы любите? Сжальтесь. Стоит ли она вас? Боже мой, боже мой! Что вы со мной делаете? Умеет ли она оценить вашу страсть, Ваше прекрасное сердце? Хоть убейте меня, я не смею. Смелей, мой друг, смелее. Кого люблю я? Да. Вас. Ах! Я ваш раб на всю жизнь Карайте меня за мою дерзость, но я вас люблю. Заставьте меня молчать, заставьте меня не глядеть на Вас. Запретите мне любоваться вами. Еще хуже, заставьте меня быть почтительным, Но не сердитесь на меня. Вы сами виноваты. Если бы вы не были так очаровательны, так Снисходительны ко мне, я, быть может, Удержал бы мою страсть в пределах приличия, Чего бы это мне ни стоило. Но вы красавица, вы ангел доброты. Из меня, благоразумного человека, Сделали бешеного сумасброда. Да, я сумасшедший, я сумасшедший! Мне показалось, что меня манит блаженство, и я не Побоялся кинуться в пропасть, в которой могу Погибнуть безвозвратно. Простите меня. Я вас прощаю. Подмосковная дача Софьи Игнатьевны Турусиной, Состоятельной вдовы, барыни родом из купчих. С просторной террасы открывается приятный вид на Парк. На террасе на изящной казетке сидят сама Софья Игнатьевна, полноватая, несколько поблекшая женщина, И хорошенькая черноглазая девушка, ее племянница. Ну поедемте, матан, ну поедемте, Ну, пожалуйста, поедемте. Нет, нет, мой друг. Нет, Ни за что на свете. Да я уж и лошадей отложить велела. Ну помилуйте, матан, ну на что же это похоже? В кой-то веки мы соберемся выехать, и то не В час. Десяти шагов от ворот не отъехали назад. Мой друг, я очень хорошо знаю, что я делаю. Зачем Напрасно подвергать себя опасности, Когда можно избежать ее? Ну почему нам непременно угрожала опасность? О чем ты еще спрашиваешь? Я не понимаю. Ты сама видела. В самых воротах нам перешла дорогу какая-то женщина. Я хотела приказать остановиться, Но так уж скрепя сердце поехала дальше. И вдруг встреча. Да что такое, что встреча? Ну так если б с левой стороны, А то с правой. И справа, и слева все Равно. Мой друг, не говори так, Я этого не люблю. Я не терплю вольнодумство в моем доме. Мы должны беречь свою жизнь. Конечно, слишком много заботиться о себе грех, Но беречь свою жизнь мы обязаны. И не надо быть упрямой. Я ведь знаю, зачем тебе хочется туда ехать. Ты думаешь встретить там Курчатова. Да. Самого нераскаянного безбожника, Которого я пускать к себе не велю. Вот ты и тянешь тетку, нисколько не рассуждая о Том, что из-за твоего удовольствия я могу переломить Себе руку или ногу. Я не понимаю, матан, что вам не нравится Курчатов? Как он мне может нравиться? Он постоянно смеется в моем присутствии над самыми Священными вещами. Когда же, матан, когда? Всегда. Когда? Всегда. Всегда. Постоянно. Он смеется над моими странницами, Над юродивыми. Вы же говорите, что он смеется над священными Вещами. Ну да, конечно. Как-то я ему говорю: "Посмотрите, У моей Матреши от святости уже начинает Светиться лицо". "Это, говорит, святости от жиру". Уж этого я ему никогда в жизни не прощу. До чего вольнодумство-то доходит! Я в людях редко ошибаюсь. Вот и оказалось, что он за человек. Я вчера два письма получила. Прочти, если хочешь. Да разве верят безымянным письмам? Ну, если бы одно, можно сомневаться, А то вдруг два и от разных лиц. Сударыня. Ой, ой. Скитающиеся люди пришлись. Бог знает, ну что он говорит? Ну да все равно, Вероятно, богомольцы. Вели их накормить. Слушаюсь. Вам письмо, сударыня.