Атлантида

Немой фильм на прозрачном экране в оконной раме: Горизонт кровоточит, сочится рана. Здесь вода не журчит из крана, Гости не галдят, не звенят стаканы. До потолка разросся фикус лирата, Молчаливый зритель этих закатов. Тихо в детской. Пылится гора пластинок. Лучи косые ползут по пустой гостиной: Этот дом, полный шумного счастья — Категория времени, а не пространства. Вернуться туда не удастся Любым транспортом и с любым паспортом. Выгорают клеймом на сетчатке Воробьёвы, Фили и Печатники; Зелень парков, пруды и брусчатка Исчезли по щелчку выключателя. Атлантида уходит на дно. Над водою — ни звёзд, ни зубцов. Вьются водоросли в Строгино. Стайки рыб над Садовым кольцом. Наш Титаник покоится здесь. До него уже не донырнуть. Из-под толщи не видно небес. Свету вниз не пробиться сквозь муть. Там так холодно. Там так темно. Атлантида уходит на дно. Атлантида уходит на дно. Коммунальными службами был так скоро Под слой чёрной краски упрятан город, Тот, что будто на стене мелом нарисован, И под новый музон для модных тусовок Во мраке в камуфляже пляшут стиляги: Из колонок — диалог темноты с тенями, И, какой бы парфюм там не распыляли, Пахнет как между Волгоградкой и Текстилями. Память сводит скулы прокисшим ревенем, Ставя то же кино внутреннему зрению: Эти виды в 5D по подписке «Премиум» — Категория не пространства, а времени. И горький попкорн крошится на кресло. И солёный раствор всё, что в кадр влезло, В пятно размывает, малюя бездну, Где по щелчку выключателя всё исчезло. Атлантида уходит на дно. Над водою — ни звёзд, ни зубцов. Вьются водоросли в Строгино. Стайки рыб над Садовым кольцом. Наш Титаник покоится здесь. До него уже не донырнуть. Из-под толщи не видно небес. Свету вниз не пробиться сквозь муть. Там так холодно. Там так темно. Атлантида уходит на дно. Атлантида уходит на дно. Атлантида уходит на дно.