Намок и остыл

Район запел и запил. Пацаны ныряют и ложатся на ил. Йоу! Под этой гладью возни Уже не будет, уясни, усни. Йоу! Дождь моросит по воде, запотевает стекло, Хрустит на грифе колок. Манит голос колонок, таинственных дев. Спрошу их тихо: "Вы где?" Они ответят: "Мы здесь". Е, я яти этих болот. Эй, приветиколо! В стопках одеколон. Угрюмый небрит, но в небо парит туда, Где всего приснившегося полно. Я середнячок средь коротышек и дыл. Серый кардинал, не возвышен, но пылок. Ветер свищет в затылок, и будь ты чище, Чем был, время все равно затянет мальчишек под ил. Птицы летят и зовут за собой вдаль, Вдаль, вдаль, вдаль. Но на ногах моих груз и заль вдаль, Вдаль, вдаль. Птицы летят и зовут за собой вдаль, Вдаль, вдаль, вдаль. Но на ногах моих груз и заль вдаль, Вдаль, вдаль. Е, район намок и остыл. По проводам из этих тем мы наводим мосты. Вижу друзей через дым, вздув пену над ним. Прятался илом на дне от всякой мутной возни. Где-то опять прогремит уже как пение птиц. Ты что-то там говорил, к тебе идет агент Смит. Видел я ваши кареты, а в них евро, Рубли. Но для рая маловато, может, Хватит на Лимб. Там страх до края залит. Солнечный свет еле пропускают хлопья золы. И пока мы тут одни, шепотом поговорим и тихо Хлопнем за мир. Птицы летят и зовут за собой вдаль, Вдаль, вдаль, вдаль. Но на ногах моих груз и заль вдаль, Вдаль, вдаль, вдаль. Птицы летят и зовут за собой вдаль, Вдаль, вдаль, вдаль. Но на ногах моих груз и заль вдаль, Вдаль, вдаль. Район припорошило. Баки, гаражи, машины. Тут коллеги-старожилы, старые, как Алан Ширер, Тянут водочку за ширмой. Век засилья зла и лжи. Иной режим, кажись, будто заноза в жилу. Но рубцы времени давно зажили. Не осталось тех, кто помнил от подъезда шифры. Клены во дворе большими в жизнь влюбленных дебоширов Растащила суета. Календарь тянул лета из-под реберья раскаленным Шилом. И ставилась плита. Землицы горка, рюмка с коркой. Скорбных эпитафий вид. Речь о тех, кто той же сборки, из того Же сита рожденных, чтобы свет нести. Но жизнь дальше течет, как стих. Она прекрасна. Viva la vida! Вот и сидим, курим и ждем. Судьба как решет в тени опушек здешних свое петляв, Как леший. С высоты опыта не сыпя клятв, Они не тешат и не сытят. И в плеере петля отожествляет бесконечный цикл. Птицы летят и зовут за собой вдаль, Вдаль, вдаль, вдаль. Но на ногах моих груз и заль вдаль, Вдаль, вдаль. Птицы летят и зовут за собой вдаль, Вдаль, вдаль. Но на ногах моих груз и заль вдаль, Вдаль, вдаль.