Товар и щи E

Они все хотят ящик, но ящик их будет дубовым. Это как русскому оказаться во Львове и не знать Украинской мовы. Пацаны ровные сгорают дотла и Мечтают о золотых котлах. Это их шиза, шизы, когда есть вероятность не дожить До завтрашнего дня. Одни выбрали семью и перечеркнули свое прошлое. Другие выбрали статьи, инъекции внутривенные с Ложками. Я тогда пылесосил день через день. Каждый день видел Big Bon, хотя хотел видеть Big Ben. Был бы негром, гением, жил бы в Европе, Был бы всегда во всем первым. Но я тот, кого ненавидят там. Натурал, русский, оккупант, орк, ватник, да к тому Же еще и белый. Это не Москва, это Россия, дохуя щедрая, Но с карманами пустыми. Здесь толпы готовых у своих что-то стырить. Я заливался всякой шнягой типа Ягуара, Ред Девила и Блейзера. Одиннадцать утра, будний день, похуй, пьем. Главное, что весело. Эй, ты целевая, пидор, что, лови по пизде. А я умею делать швейные изделия. Я продавал не только всюду, но и везде. Твоей порядочности, сука, у нас есть сомнения. С утра я бегаю по парку, но вечером в Сопли. Хочу создать группу Алкоголь после соли. Она так бережно его во флит, как будто рофлит. Чифир самый доступный препарат снятия боли. Я так раскрепостился, будто сейчас шестьдесят Первый. У меня интеллигентные манеры. Ты какой-то нервный, будто только что ебали. Нам перевели сегодня, значит, завтра мы обналим. Мы хавали сухарики со вкусом подъезда. Нашу любовь к ним не понять, если ты тут Проездом. Сидим в бараке, даже там нам охуенно Весело. Тебе грустно, даже если ты весь цепками Обвешался. Ты раб капитализма, наварюсь на тебе Снова. Все твои строго нахуй, все мои всегда Здорово. Но пролетариат тут тоже дойная корова. Поэтому я где-то между вами ищу корма. Любая форма искусства станет мусором. Любая туса станет грустной, а бургеры невкусными. Я заряжал себя на негатив и был испорчен. Спокоен был на объектив, свое лицо не корчил. Внимание мое имеет пределы, границы. Хлопал усердно, не взлетело, сыпались ресницы. Не будет ласковым уж май, родная, понимай. Пока ты ждешь пионов, кругом орудуют шпионы. Путал сон и жизнь, имел проблемы со здоровьем. Доступ кислорода в голову стал запароленным. Сходил с ума, просил кента отсечь ее топором, Оставив ее для ворон, не доводив до похорон. Кружится голова, перекурил курилку. Ты была не права, передурил дурилку. Кривая жизни полоса, земля родная, Ее широт просторы. Везут рождаться и умирать тебя все на той же Скорой. Ошибки жизни по классике идут на повторы.