Глава - Ненастоящее

Глава "Ненастоящее". "Ай, ты погляди на это!" Однажды утром воскликнул Мануш, подобрав с палубы Нежно розовый конверт. Как он здесь оказался? Это было загадкой. Корабль уже три дня был в Море и подходить к берегу пока не планировал. "Может, почтовый голубь обронил?" Беспечный танцор забрал у друга конверт, Повертел его в руках и зачем-то понюхал. "Пахнет ландышами". "Не говори глупостей. Голуби не носят конверты, они носят маленькие Записки, прилаженные к лапке". Сэм тоже понюхал бумажный прямоугольник. Действительно, ландыши. Делать было нечего. На конверте не было никаких Надписей: ни адресата, ни отправителя. Оставалось только одно вскрыть его. Внутри было приглашение весьма загадочного и Неконкретного свойства. "Какая-то ерунда", сказал Сэм. Они зовут нас на ярмарку морских чудес. Мне кажется, это шутка. Не бывает никаких ярмарок чудес". "Какая-то ерунда", сказал Мануш. Они говорят, что, чтобы добраться до нее, нужно три Дня идти на восток, а на рассвете четвертого круто Повернуть направо и следовать так еще семь с Половиной часов. Но ведь так невозможно найти Никакие координаты. Они ведь не знают, где и когда мы получим Это письмо". "Ура! Мы отправляемся на ярмарку чудес!", сказал беспечный Танцор, потому что он очень любил приключения и Праздники. Какие-нибудь другие, возможно, Более нормальные люди, как пить дать, Поостереглись бы принимать загадочные приглашения и Следовать неконкретным инструкциям. Но экипаж морского конька был не таким. На рассвете четвертого дня они круто повернули Направо. "Черт знает где", пробормотал Мануш, Стоявший у штурвала. Спустя обещанное время Сэм задумчиво вертел в руках Полупустую кофейную чашку, глядя на разложенные на Столе бумаги. Как и предполагалось, Они находились прямо посреди ничего. Он как раз собирался подняться на палубу, Чтобы скомандовать поворот в сторону берега, Когда корабль неожиданно и сильно качнулся. Капитан попытался одной рукой удержать на столе Ворох бумаг, который стремительно поехал к краю. Чашка в другой руке накренилась, и большая черная Капля сладкого кофе, похожая одновременно и на Майского жука, и на слезу, неспешно преодолела Расстояние до ближайшей горизонтальной плоскости и Шлепнулась прямо на карту. "Надо же, прямо в то место, где мы находимся", Пробормотал Сэм, отставляя чашку и разглядывая Кофейное пятно. А потом на палубе заорали: "Капитааан, капитааан!" Перед носом корабля в воздухе висел сияющий шар, Совсем небольшой, размером с голову молодого Дельфина. Шар был молочно белого цвета и издавал Щелчки и тихий мелодичный свист. "Это еще что за...? Пробормотал Сэм. Остальные члены экипажа, Конечно, уже были здесь. Некоторое время шар просто висел в воздухе и сиял, А потом он вдруг рванулся и сел прямо на Нос фрегата. В тот же миг мир вокруг наполнился Красками, звуками и движением, будто декорации, Изображающие тихие и безлюдные воды, Упали, и за ними обнаружилась совершенно другая Реальность. Экипаж изумленно оглядывался по Сторонам. Теперь море вокруг было полно самых разных Кораблей, а прямо перед ними на плавучей платформе Раскинулась целая деревня. Ну как деревня? Одно из тех, так нежно любимых Манушем прибрежных поселений, в котором есть ровно Пять домов, два трактира и церковь, Перед которой субботним вечером устраивают танцы. "Господи, это идеально!" Восторге орет Миклош, и все остальные косятся на Него с негодованием. "А ну не перебуди мне остальную команду", шипит Первый помощник. Девушка смеется, А Миклоша уже не унять. "Настоящая плавучая деревня, которую можно найти как Угодно далеко в море. Целых два кабака". "Зачем тебе два кабака?" Это Нильс подает голос от штурвала. "Чтобы продолжать веселье во втором, когда в первом Тебя уже знают слишком хорошо и не впускают". Самый элегантный из ромов по эту сторону Атлантики Начинает отстукивать по компасу сложный ритм. "А по субботам на площади джипси джаз". Деревня, к слову, была примечательная. Все здания в ней были изукрашены ракушками, Морскими звездами и отполированными до идеальной Гладкости цветными стеклышками. "Вы добрались", раздался голос с носа корабля. Друзья только что не подпрыгнули от неожиданности. Там, где на палубу опустился сияющий шар, Теперь стоял человек. Он был немолод. Седые волосы и борода живописно Топорщились во все стороны. Он был не стар, его светлые глаза лучились весельем, Которое свойственно только юным. Он был крепок, высок и бодр. А еще он постоянно улыбался. Одним словом, это был во всех отношениях приятный Человек. Если, конечно, он был человеком. "Пришвартоваться можно вон там, поближе к трактиру". Он махнул куда-то в сторону рукой и немедленно Снискал вечную дружбу Мануша. "Меня зовут капитан Сутрам, но можете называть меня Просто капитан. И добро пожаловать на ярмарку Морских чудес". Капитан Сутрам не спеша шел по Причалу. "Каждый год в условленный день в этом месте Собираются самые невероятные корабли", говорил он Сэму. Мануш и беспечный танцор несколько минут назад Откланялись и сбежали: один, заслышав приветственный Звон кружек в портовом трактире, другой, Завидев, что на площади вот-вот начнутся танцы. "А в чем, собственно, их невероятность?" "Например, вот этот, Сутрам указал на небольшую Посудину, по форме напоминающую башмак, Внутри намного больше, чем снаружи. Да, юноша, в нем, бывало, провозили целый табун Лошадей и еще триста бочонков отменного портвейна". Сэм только пожал плечами. Никакие лошади, конечно, поместиться на этом корабле Не могли. Еще и с портвейном. Да и кто и зачем все это одновременно перевозить Станет? "Или вот эта быстроходная каравелла, Продолжал экскурсию радушный хозяин. Она славится тем, что куда бы она ни шла, Ей всегда дует попутный ветер. Это в основном почтовое и торговое судно. Она перевозит исключительно письма влюбленных, Самые нежные весенние цветы и лед". Лед. Почему лед? "Потому что он не успевает растаять, пока она мчится От берегов, где есть зима, к берегам, Где снега никогда не видели". Сутрам подмигнул с самым серьезным видом. "Знали бы вы, юноша, сколько люди готовы отдать в Знойный тропический день за письмо от возлюбленной и Бокал виски со льдом". Каких там только не было кораблей! Один из них звучал как арфа, когда ветер наполнял Его паруса. Другой во время шторма умел взлетать над Водой и добираться до Тихого моря. На третьем никого никогда не мучила морская болезнь. Четвертый приумножал товары, сложенные в его трюме. Причем чем дольше они там лежали, тем больше их Становилось. У пятого паруса сверкали чудесным Окрасом, как крылья у бабочки. И каждый раз, когда паруса поднимали, узор на них Был новый. Но как же? Недоверие Сэма рассыпалось в тот момент, когда он Увидел, как бабочка расправляет паруса. Они, без всяких сомнений, были чистым волшебством. Но каким образом морской конек сюда попал? Что в нем волшебного? Опытный капитан внимательно посмотрел на молодого и Потер подбородок. А ты сам разве не знаешь? Он выждал паузу и произнес: Морской конек не Настоящий, он игрушка, которая выросла, И все остальное на нем тоже не настоящее. Мануш не настоящий цыган. Он родился в маленькой деревне под Марселем и просто Любит бродяжничать. Беспечный танцор совсем не танцор, увидевший целый Мир. Он просто предпочитает жить, никому ничего не Обещая и не принимая на себя ответственность. А ты не настоящий капитан. Ты просто мальчик, который любил играть с корабликом И мечтал вырваться из своей скучной жизни. И это настоящее чудо то, что вы так долго Протянули в море. Сэм стоял с открытым ртом. Сутрам произнес все это без злобы, Без обвинения, как всем известный факт. Солнце встает на востоке, лимоны кислые, Роза пахнет розой, а вы все не настоящие. Все это знают. Возможно, об этом даже пишут в Газетах. Вот как это звучало. Совсем не обидно, а просто неопровержимо. Молодой человек так и стоял бы, как громом Пораженный, если бы Сутрам не положил ему руку на Плечо и не указал на еще одно судно. А это мой. Если бы этот корабль был человеком, он был бы Черным рыцарем в отполированных до блеска доспехах. Красивый, строгий, зловещий, вытянутый в струну, Ближе, ближе к грозовым небесам. Идеальный корабль. Ни одной растрепанной веревки, Ни одной заплатки на парусе, ни одной щербинки на Бортах и мачте из темного дерева. Хочешь подняться? Конечно, Сэм хотел. Была в этом паруснике такая неодолимая манящая сила, Что вообще непонятно, как люди не спешили к нему Толпами, едва завидев эти мачты над хаосом порта. Корабль назывался Кракен и внутри тоже был Идеальным. Все канаты были аккуратно свернуты, Все детали, которым полагалось блестеть, блестели. Все места, где на морском коньке царил бардак, В строгом порядке. И в чем волшебная сила этого Корабля? Они сидели за внушительным дубовым столом в Штурманской, и владелец судна разливал ром. Свет из окна на корме играл в крошечных рюмках, Рождая золотистые искры в толще напитка. Все здесь было спокойно, надежно и правильно. Кракен казался Сэму большой и впечатляющей историей, Частью которой непременно хотелось стать. Он ест время жизни своей команды, чтобы оставаться Новым и совершенным. Моряк вздрогнул и бросил быстрый взгляд на Сутрама. Кажется, тот не шутил. Совсем немного. За день, проведенный на паруснике, Он отнимает час. Тот складывается с другими часами и становится его Собственным временем. Кракен не стареет, Он не требует ремонта, он всегда будто бы только Сошел с верфи. А моряк? А моряк стареет всего на один дополнительный час в День. Совсем немного. Но Бог ты мой, кому? Капитан морского конька с трудом подбирал слова от Возмущения. Кому придет в голову ходить на этом Корабле? Многим, потому что это еще не все. Сутрам широко улыбнулся. Люди, живущие на Кракене, стареют только телом. Их душа остается чуткой, а разум острым, Как в юности. Никакого старческого брюзжания, Никакой плохой памяти, никакой предательской Немощности в потугах научиться чему-то новому, Никакой усталости от жизни, которую ты видел уже всю Вдоль и поперек. И за это всего один час В день. Хорошая сделка, ты не находишь? Сэм не ответил. Он очень боялся старости, Но не из-за морщин или больных коленей. Его действительно больше всего пугало медленное Угасание разума. Капля за каплей терять драгоценные воспоминания. Наблюдать, как медленно блекнут краски жизни, Проваливаться в скуку и равнодушие, забывать любимые Лица. Это было самым невыносимым в мыслях о Старости. Мальчик мой, наконец произнес Сутрам, Поднимая рюмку, я хочу предложить тебе место на Кракене. Хоть ты и не настоящий моряк пока, Я вижу в тебе большой потенциал. Ты научишься здесь всему, что нужно знать в море. Ты получишь бесценный опыт и однажды станешь Офицером или даже первым помощником. Разум твой навсегда останется юным. Корабль под твоим командованием всегда будет новым и Совершенным. Час за день. Такова цена. Выпей со мной, а потом подумай до завтра, Готов ли ты отправиться в новое приключение? Музыка на площади у церкви перестала звучать за Полночь. Оба трактира закрылись, А потом хозяйка одного из них вышла, Чтобы согнать метлой Мануша. Он играл на аккордеоне и орал песни, Сидя на крыльце. "Пойдем, дружище, Сказал беспечный танцор, крепко ухватив его под Локоть, нас уже давно ждут дома". И они отправились, слегка покачиваясь в такт Движению волн под плавучей платформой, туда, Где у причала стоял Морской конек. Странно. Рыжий юноша пытался отнять у товарища Аккордеон, чтобы тому было удобнее пройти по узкому Трапу. Свет не горит, а я был уверен, Что Сэм давно уже вернулся. На фрегате царили темнота и тишина. Мануш тяжело опустился на палубу и немедленно впал в Дремоту, прислонившись к бочке для воды и так и Не выпустив из рук музыкального инструмента. Новенькое сердце юноши пронзил короткий укол боли, А затем оно сжалось от предчувствия. Что-то навсегда менялось прямо сейчас. "Сэм!" Юноша хотел крикнуть, но вместо этого почему-то Прошептал имя. В полной темноте он поднялся на ют и вошел В штурманскую. Сэм был там. Он сидел, не зажигая света, но не на капитанском Стуле, а на одной из скамеек, стоящих у стола. Обычно там сидел Мануш, когда углублялся в книги по Устройству снастей. Капитан Морского конька Задумчиво вертел в руках пустую рюмку из-под рома. "Расскажи мне". И Сэм рассказал О всех чудесах, которые он видел сегодня, Об идеальном корабле, пьющем время из своей команды, О предложении капитана с утра, и даже о том, Что тот рассказал о Морском коньке и его команде. Сэм и беспечный танцор сидели на скамейке рядом. Они оба не отрывали глаз от пустой рюмки на Пустом столе. Пауза длилась, и настенные часы Дробили ее на маленькие бессмысленные кусочки, Каждый из которых можно было отдать в уплату за Жизнь совершенного корабля или же оставить себе. Наконец, прежде чем молчание стало совсем неловким, Капитан решительно повернулся к беспечному танцору. "Это правда? То, что о нас говорил с утра". Рыжий юноша вздохнул и посмотрел на Сэма в упор. "Какая теперь разница?" Он не отводил глаз. "Если так было в самом начале. И что с того? С тех пор, как мы начали свое путешествие, Мы стали теми, кем хотели казаться. Разве ты этого не видишь? Я объехал полмира и обрел сердце. Мануш говорил с луной и видел то, что скрыто От глаз остальных людей. А ты был настоящим капитаном, который вел корабль Через бури, командовал нами мудро и решительно и Всегда, слышишь меня, всегда вначале заботился о Благе корабля и экипажа, а потом уже о себе. Разве так ведет себя клерк? Так поступает только настоящий капитан. И какая разница, кем мы сюда пришли? Важно только то, кем мы здесь стали". "Но мы все это время просто притворялись, играли. И этот корабль игрушка из бутылки". Сэм вскочил так быстро, что скамейка чуть не Опрокинулась. "Друг, ты зря недооцениваешь то, Что бывает в бутылках". Это Мануш в темноте стоял на пороге. Как всегда, он появился бесшумно, словно кошка. "Послушай этого мальчика. Между тем, кем ты был, и тем, кем ты Стал, лежит десяток чудес, а ни одно чудо не Проходит бесследно. Вопрос только в том, стал ли ты тем, Кем хотел стать, или снова просто согласился на то, Что подвернулось. Найди в себе смелость, Чтобы хотя бы раз в жизни произнести это вслух". На этом месте рассказчица замолкает надолго. Нильс переминается с ноги на ногу у рулевого колеса. Ночь сегодня холодная. "Так что же? Он хотел быть капитаном Морского Конька? Он уйдет? Это конец истории?" Это Миклаш сидит рядом и от Нетерпения постукивает костяшками пальцев по палубе, Чем бесит невероятно. "Я не знаю". Кайса смотрит на первого помощника. "Ты мне скажи, чего он хотел на самом деле?" Пауза длится. Море шумит за бортом. Первый помощник кажется кусочком непроглядной Черноты на фоне звездного неба в своем нелепом Старом рыбацком плаще и теплой шапке с помпоном. Ветер хлопает в парусах, и нужно бы подправить курс, Но моряк не двигается с места и ничего не Говорит, погруженный в глубокую задумчивость. Нильс и Миклаш тоже молчат. Они не отводят взгляда от командира, будто Чувствуют, что он вот-вот примет важное решение. Первый помощник поднимает глаза на девушку. Грустные голубые глаза. На следующее утро Морской конек ушел в море По-английски, ни с кем не прощаясь. Его паруса не переливались всеми красками, Как крылья бабочки. Он не парил над волнами, и ветер не был Попутным. Его трюм вмещал ровно столько, Сколько должен вмещать трюм такого фрегата. Мануш выбил трубку о край фальшборта. Огонь в ней давно погас, а Ром просто сидел И сидел на носу корабля, глядя то на пену, Разлетающуюся под бушпритом, то на беспечного Танцора, сидящего у штурвала. Наконец моряк тяжело вздохнул и отправился к другу, Чтобы сидеть и молчать теперь уже рядом с ним. Говорить не хотелось совсем. Такой был день. "Я только сейчас сообразил, что у нас нет флага", Подал голос рыжий юноша. "Что на нем могло бы быть?" "На кой черт нам флаг? Мы сами по себя", пробурчал его собеседник, Прикладывая ладони к вискам. "Ммможет быть, солнце или наше дерево". "Мать моя цыганская женщина, да делай, Что хочешь". Моряк только сильнее сжал голову Руками. "Или даже дерево внутри солнца". "А может тогда табурет? У него три ножки и нас как раз трое". Сэм поднялся на палубу и торжественно поставил перед Товарищами поднос с тремя кружками. "Кофе. Тебе после вчерашнего покрепче и с Кардамоном. Как голова?" Мануш пробормотал что-то неразборчивое, но кружку Взял. "Лучше треугольник, у него три стороны", Не унимался танцор. "Что думаешь, Сэм?" Капитан улыбнулся и встал к Штурвалу, чтобы его друзья могли спокойно выпить Кофе. "Я подумаю об этом, набросаю пару эскизов". День обещал быть солнечным. Дерево покачивало ветвями в такт волнам. Через семь с половиной часов хода они круто Повернули налево, и ярмарка морских чудес осталась Далеко позади. "Сэм", Мануш вытянулся на палубе, Подставив теплым лучам спину. "Почему ты решил остаться?" Беспечный танцор, валявшийся рядом, приоткрыл один Глаз. Моряк полной грудью вдохнул соленый воздух. "Потому что вы правы. Настоящий этот корабль или Нет, действительно я капитан или только притворяюсь Им, какое нам до этого дело? Этот корабль мой, даже если он игрушечный, И я хочу быть его капитаном, решать, Что мы едим на обед, выбирать, какое приключение Будет следующим, рисовать свой флаг, приветствовать На борту только тех, кому я рад. Быть первым помощником на идеальном корабле это Заманчиво, но он всегда будет идеальным чужим Кораблем. А я люблю неидеальный свой и свою дурацкую Неидеальную команду, и нашу нелепую, Сложную, свободную, неидеальную жизнь". Мануш и беспечный танцор широко улыбались. "За приключения, которые никогда не заканчиваются. За друзей, которые всегда с тобой". "Прекрасный тост". Они сдвинули давно опустевшие кружки из под кофе. Сэм рассмеялся и покачал головой. Он вел свой игрушечный корабль по просторам Настоящего океана. Мальчик, который не испугался быть ненастоящим. Мальчик, который впервые в жизни нашел в себе Смелость быть неидеальным. Мальчик, который, в конце концов, Нашел в себе смелость быть.