Шикарный вид

Шикарный вид, одесский колорит. В театре оперы вновь выступит Утёсов. За эту весть вовсю Привоз гудит, И сорванцы стреляют папиросы. Стекались на концерт блатные всех мастей. Воры постановили вечер не работать. И окунулись в джаз без манс и новостей. И позабыли, как уже под фене ботать. А люди плакали, когда Утёсов пел, Стоя на сцене с джазовым оркестром. И подпевали урки, зная песни все. Утёсов Леня всегда был свой в Одессе. И подпевали урки, зная песни все. Утёсов Леня всегда был свой в Одессе. Леня когда-то и с Япончиком дружил. Тот случай с кражей фрака знает вся Одесса. Залетный штемп багаж в гостинице помыл. Мишка вернул, да не один фрак, Сразу несколько. И люди помнят первый тот концерт. Все деловые отдыхали от налетов. Япончик обещал свободно ходить всем, Чтобы прийти послушать Леню беззаботно. Что будет тихо, что будет все культурно. За Мишку одессита подпевает зал. Но операцию задумал маршал Жуков и всех Блатных в театре разом повязал. Но операцию задумал маршал Жуков и всех Блатных в театре разом повязал. За город вывезли и к скалам без вопросов. Копают немцы ямы. Время не терять. Затворы щелкнули и по последней папиросе. Прощай, братва! Век воли не видать. Шикарный вид, сказал бы им Япончик, Когда принял свою маслину в грудь. Холостым вдарили. Подъехал Давид Гоцман И распустил братву, дав наставления в путь. Что будет амба, что будет крышка, Если погромы воры не прекратят. И каждый ходит из вас под вышкой. И маршал выпустил на улицы солдат. Шикарный вид, одесский колорит. В театре оперы вновь выступит Утёсов. За эту весть вовсю Привоз гудит. И сорванцы стреляют папиросы. И сорванцы Стреляют Папиросы.