Хранители лирики

Я. Моя кривость стелет под собою радость. Надо мною гадость, слабость и болезни малость. Оставляя мысли, как бы не загнать себя. По идее обречен успехом, но когда? Позади уже немало доброты и хлама. Реже вижу свою даму, уходя до бара. Начал забывать тех, кто в меня так верил. Веру в свои силы, что отрезал, то отмерил. С каждым днем дальше дом и тревоги в нем. Помню, с кем идем по жизни, тех не подведем. Уши привыкают слышать, но хотят услышать. Это было так, будет так, пока люди дышат. Рай далеко не там, откуда родом звери. Знаешь, даже деньги мимо, кто бы мог поверить? Куда бегу, кому на милость добывая хлеб? А тот ли это свет, на что готов оставить След? Мало смысла, много слов, а дело меньше смысла. Набить себя и досчитать тупые числа. Оставить продолжение в виде сына или дочки. Отмечать на карте точки, строчки. На тетради в клетку мыслей в сорока восьми лицах. Больно, что сила в пуле, а не в кулаках. Почему уходят те, кто тебе так дорог? И почему судьба нас разлучить так ищет повод? Куда же делись слова? Где же те стихи, полные свободы, Полные тоски? Где огонь, что заставлял кипеть? Где из дыма крылья, что помогали лететь? Где мои мечты и те, с кем мечтал? Где мои куплеты и те, кто их знал? Шаг за шагом погасают огни. Холодный взгляд в дали немой и прости. Так странно кто-то бьется головой об стену. Кому-то проще лежа огибать систему. Мне легче добывать, но стало больно отпускать. Что ближе, чем на вы уже не потерять. Бездарный автор, кем ты был когда-то? А надо это мне искать намек его таланта. Я способен видеть больше, чем могу понять. И как мне это передать тебе, чтоб доказать? Совсем недавно от всего цепляло, как младенца. А ща болит башка и колит сердце. Приятно покупать подарки, чем их принимать. Ведь если я беру, придется отдавать. Мне двадцать три, прикинь, недавно было пять. Стареет тело, но сознание стало понимать. Ценнее стала жизнь, ее не хочется терять. Кого готов был убивать, теперь могу обнять. Пусть он осудит, кем бы он там ни был. Православным дедом, черным иль талибом. Неважно, есть ли он вообще и сколько ему лет. Забот хватает мне не трогать этот бред. Для чего я тут? Для меня это секрет. Никто не знает как, никто не даст совет. Стучит мотор и тянет притяжение. Останутся на память эти строки без сомнения. Куда же делись слова? Где же те стихи, полные свободы, Полные тоски? Где огонь, что заставлял кипеть? Где из дыма крылья, что помогали лететь? Где мои мечты и те, с кем мечтал? Где мои куплеты и те, кто их знал? Шаг за шагом погасают огни. Холодный взгляд в дали немой и прости. Господь, помоги найти выход из лабиринта. Дай мне сил на этот финальный раунд. Готов идти до талого по лезвию клинка, Даже осознавая, что можно вниз кануть. Над бездонной пропастью пасут стервятники, Оставляя за собой поэзию исчезну дыма. Что также в поисках небывалой истины на фоне бледных Улиц буду одиноким психом. И когда стихнет, я буду слышать голоса, Мелодию души и как поют небеса. Это подобно как манят ее глаза. Шепот дыхания, по щеке слеза. На моих часах ночи два часа. Сколько осталось, чтобы закончить свои текста? Сколько осталось кровавых боев до ста, Чтобы начать все с чистого листа? А? Тут мало смысла считать тупые числа, Искать себе подобных в Богом забытых лицах. Искать любовные стихи в сожженных письмах. В итоге пальнуть, дабы не ошибиться, Дабы не оступиться. Куда же делись слова? Где же те стихи, полные свободы, Полные тоски? Где огонь, что заставлял кипеть? Где из дыма крылья, что помогали лететь? Где мои мечты и те, с кем мечтал? Где мои куплеты и те, кто их знал? Шаг за шагом погасают огни. Холодный взгляд в дали немой и прости.