Дом архитектора

Если бы здания могли говорить, какие истории они бы Рассказывали о себе? Здравствуйте. Это проект "Здания говорят". Сейчас вы узнаете историю дома, который многих Привлекает своим необычным для Иркутска обликом. Часто его называют голландским. Но почему? На этот вопрос вам ответит само здание. Приятного прослушивания. Вы знаете, кто вы такой? Как вы появились в этом мире? Какой путь проделали от рождения до сегодня? Скорее всего, знаете. Не удивляйтесь такому вопросу. Ведь я, когда очнулся, не помнил о себе Ничего. Правда, ощущал я себя хорошо, подозрительно хорошо. Я чувствовал, что что-то ускользает от моего Внимания. И тогда я начал свое Расследование. Я осмотрелся. Во мне было два полных деревянных этажа, Каменный подвал, мансарда под высокой крышей и Каменная лестничная клетка с парадным входом. Людей на улице было мало, да я и не Знал, как к ним обратиться. Поэтому я решил спросить у других домов. Они выглядели уже немолодыми и явно должны были Что-то знать обо мне. Хотя бы один из них точно мог ответить на Мои вопросы, думал я тогда. "О, братец, как поживаешь?" Лучезарно поблескивая окнами, я поприветствовал Двухэтажный дом во дворе. "Хм", раздалось презрительно в ответ от флигеля. Действительно, почему я так смело обратился к нему "братец"? Может, сначала надо было представиться? Ну как, если я не знал, кто я такой? А судя по его реакции, флигель как раз был Со мной знаком. И не сказать, чтобы он был Сильно доволен знакомством или лично мной. Но я решил не подавать вида, что заметил это. Простите. Ох, уж эти твои европейские манеры. Так выходит я приезжий? Помню, промелькнула у меня мысль, Но я не успел ее озвучить, потому что мой Сосед по усадьбе продолжал. За что мне тебя прощать-то? Я не в обиде. Ну подумаешь! Но сам видишь, мы теперь порознь, хоть ты и Стоишь на том же месте. И вообще я каким был, таким и остался. Ты меня знаешь. Ну о чем нам говорить-то теперь? Проблемы с новыми жильцами у тебя вряд ли будут. Хотя, конечно, если что, обращайся. Сказано это было таким тоном, что мне расхотелось Выяснять у него что-либо дальше. Флигель явно был обижен на меня, Хоть и утверждал обратное. Но за что? Я же даже ничего не помню. "Хорошо, подумал я тогда. Вот те два угловых дома чуть поодаль наверняка Смогут мне помочь. Они стоят на перекрестке. Должно быть, видят и знают побольше моего". Ах, как я сейчас жалею, что не расспрашивал их Обо всем подряд. Тогда казалось, что мы всегда будем стоять здесь Дружной компанией. Так вот, сперва я обратился к одноэтажной соседке Рядом со мной. "Здравствуйте. Осторожно начал я. Я здесь, кажется, новенький". Новенький? Ничего себе! Какой же ты новенький? Вы вот с ним кивнула она на большой двухэтажный Дом напротив. были здесь еще до меня. Новенький скажешь тоже. Смотрю, реставрация тебе не только фасад подновила, А Вместе со старой штукатуркой сбили немножечко Памяти. Реставрация? Подновила? Ой, да ладно тебе. Чего тут стыдиться? Тут гордиться надо. По правде говоря, мы тут все немножечко тебе Завидуем. Но это понятно, почему они выбрали тебя с Твоей-то крышей и эркером. Одно слово голландец. Да почему же они все думают, что я не Местный? Мне кажется, я с соседями имею куда больше Сходств, чем различий. Но я не успел задать этот вопрос, Потому что она вдруг заговорила очень громко. Эй, друг, ты посмотри, кто очнулся. Я понял, что это она сказала уже не мне. Потому и так громко. Она обращалась к другому угловому дому на той Стороне переулка. Тот стоял очень важный, с красивыми барочными Наличниками и как будто бы вообще не обращал Внимания на происходящее. Он так-то хороший, сам себе на уме, Конечно, и не разговорить его обычно. Но если уж получится, ооо, сколько он всего знает. Но не сегодня уж, поверь мне, я по одному Его виду могу сказать, настроен он поговорить или Нет. Так вы говорите, мы с ним были тут Раньше вас? Именно так. А может быть, что вы случайно, Ну, совершенно случайно все же знаете, Кто меня построил и когда? Ой, нет, я вообще не по части истории. Я живу сегодняшним днем. У меня тут автобусная остановка просто рядом. Я столько новостей слышу каждый день. Не поверишь. О, кстати, вот еще один пришел. Извини, потом перескажу, если что-то интересное Будет. Так прошло несколько дней. Расспрашивать я больше никого не пытался. А смысл? Я решил, что у меня впереди много Времени, чтобы подумать над загадкой моего Происхождения. От скуки я стал вслушиваться в Разговоры прохожих, но из них было крайне сложно Что-то понять. О, смотри, а этот дом здесь был раньше? Кажется, нет. Мне кажется, был. Да тут развалюха какая-то стояла, а этот красивый. Посмотри. И эта штука у него еще нависает. Как ее, ээ... Эркер. Крыша у него необычная, да? Высокая такая. Ага, я такие только в Европе видела. Не заливай ты. Когда ты в Европе-то была? Да я имею в виду на картинках. Ты чего? Но однажды в наш переулок пришло сразу много людей. Может, их было человек пятнадцать. Я не считал, если честно. Они ненадолго остановились возле меня. Все они вдруг разом перестали говорить, Кроме одной женщины, которая, похоже, Была у них за главную. Вы, наверное, сейчас думаете, что это за необычный Дом. Его недавно отреставрировали, И сегодня здесь расположено Иркутское отделение Союза архитекторов. А построили этот дом в тысяча восемьсот восемьдесят Седьмом тысяча восемьсот восемьдесят восьмом годах Купец по фамилии Шенкман и его жена. А позже продали этот дом фельдшеру по фамилии Дамбит. А следующая остановка нашей экскурсии сквер Имени Кирова, место, которое меняло свое О, Как я ликовал! Наконец-то я что-то узнал о себе. Да и сразу и дату строительства, И владельцев, и не одного, а трех. Вот так удача! Я уже и не надеялся. Я мысленно повторял: "Шенкман. Дамбит. Тысяча восемьсот восемьдесят восьмой год". Эх, пока я радовался, они ушли, И я не дослушал, что же еще эта женщина Говорила обо мне. А то, что обо мне можно говорить долго и Много, я не сомневался. Но, может быть, кто-то другой мог мне помочь? Стоило хотя бы попытаться. "Сосед! Эй, сосед", тихо позвал я дом напротив. Я привык к тому, что он часто что-то тихо Бубнит и не разговаривает ни с кем конкретно, А скорее просто погружается в воспоминания. Он явно скучал по старым временам и не любил Шумную современность. Поначалу я разобрал лишь несколько слов да пару Коротких фраз. Шенкманы. Да как же? А люди-то верят. Где это они все берут, спрашивается? Простите, что вы сказали? Никому нет дела до правды. Вот что я скажу. Нынче кто во что горазд. Я не мог понять, отвечает ли он мне или Просто продолжает вслух рассуждать. Я решил просто послушать. Откуда-то у меня появилось ощущение, Что он может мне чем-то помочь. Вот она говорит "Шенкманы". А откуда она это взяла? Откуда, я спрашиваю? Несмотря на явный вопрос, я продолжал молчать. И надо сказать, не зря. Любой старожил на этой улице знает, Что Шенкманы жили на нашей стороне, На нашей. Проверяется все по одному, двум документам. Ей-богу! А мы вынуждены на каждой экскурсии это Слушать, на каждой, я вам говорю. Сил моих больше нет уже, никто не помнит историю, Зато все мнят себя черт знает кем. Я приготовился слушать и дальше, Но после последней тирады сосед внезапно умолк, И мне все-таки пришлось вмешаться. Но если не Шенкманы, то кто тогда? Кто тогда меня построил? Мой собеседник, хотя могу ли я его так назвать, Возможно, он вообще меня не слышал, Погруженный в мысли и воспоминания. В общем, он молчал, а я не решался повторить Вопрос. Наконец он снова заговорил. Ястремский. Да, Ястремский жил прямо на углу Напротив меня, да. А вас, почтенный господин, конечно же, Построил Сахаров. Клянусь, не стой я прочно на своем фундаменте, Я бы в ту же секунду подпрыгнул от неожиданности. К тому моменту я уже почти уверился, Что сосед и не думает вести со мной беседу, А просто частями выдает свой монолог. Сахаровы? Вы уверены? У вас есть еще какая-нибудь информация? Я старался скрыть свое нетерпение, Но у меня не очень-то получалось. Уверен ли я? Да у кого угодно в округе спросите. Как не помнить Сахаровых? Особенно Григория Афанасьевича. Ох, много для города сделал. А кто его сейчас помнит? А ведь ему не просто так дали личное почетное Гражданство. Инженер с петербургским образованием, Гласный городской думы, член распорядительного Комитета Географического общества, Председатель канализационной комиссии. Не смейтесь, это серьезная должность. Да я и не думал смея-Конечно, построил-то вас Его отец еще в тысяча восемьсот девяностые. Афанасий, э, запамятовал отчество, Нае--как-то. Ну, Григорий-то каков? Отучился в Петербурге, насмотрелся, Видать, на там-А мы ж не архитектуру. И вон как задумал крышу переделать, Так шелупай. Но это уже позже было, году этак в тысяча Девятьсот двенадцатом. А потом? Нелегкие времена потом для нас для всех Настали. Григорий, ходили слухи, Москву уехал. Всех нас муниципализировали, уплотнили, Подселили людей. Эх, что и говорить. Да что и говорить, нелегко нам, Старым домам, пришлось. Соседей моих на перекрестке больше нет. И говорят, не только их. А я теперь все про себя знаю. Я голландский дом, хоть и ни разу в Голландии Не был. Меня построили почти сто тридцать лет назад, А потом перестроили. Несмотря на все сложности, мне повезло. Меня отреставрировали, и я теперь в хорошей Компании, как в старые добрые времена. Роли озвучивали Олег Бадыла, Роман Малинович, Лора Кузнецова, Гульнара Строкань, Егор Лесной. Авторы сценария Евгения Кузнецова и Алена Бобрышева. Звукорежиссер Рустам Аташев. Проект создан общественной организацией «ИрКология» При поддержке Федерального агентства по делам Молодежи. Команда проекта благодарит за помощь в Реализации группу «Луиc Март», Иркутское Региональное отделение Союза архитекторов России, Информационную туристскую службу города Иркутска, Службу по охране объектов культурного наследия Иркутской области, Министерство по молодежной Политике Иркутской области, а также проектные фирмы «АРМ10» и «Традиция». Другие истории проекта «Здания говорят» вы можете Послушать на нашем сайте irkologia. ru. До свидания! Откроем страницы и неразборчивый почерк Увидим. Очерк законченный главы истории, Писаной сотни лет. С вами отправимся в путь поскорее. Прошлого нам не вернуть не умеем. Снегом и солнцем стерлись следы карет. Ни прочесть, ни понять То, что сокрыто В зданиях старых история Есть. Иркутск молодой, Миру открытый, Снова проснется И будет здесь. Пусть же сегодня здания говорят О том, что веками в стенах своих хранят. Поведают нам о времени, о былом. Ночь над Иркутском прогонят, как маяком. Пусть же сегодня здания говорят О людях, что сами историю здесь Творят. О мудрых хозяевах сказ, о судьбах, Что решались не раз. Пусть же сегодня здания Говорят О том, что веками в стенах своих Хранят. Поведают нам о времени, о былом. Ночь над Иркутском прогонят, как маяком. Пусть же сегодня здания говорят О людях, что сами историю здесь Творят, О мудрых хозяевах сказ, о судьбах, Что решались не раз.