Когда за городом, задумчив, я брожу

Когда за городом задумчив я брожу И на Публичное кладбище захожу, Решетки, столбики, нарядные гробницы, Под коими гниют все мертвецы столицы, В болоте кое-как стесненные рядком, Как гости жадные за нищенским столом; Купцов, чиновников усопших мавзолеи, Дешевого резца нелепые затеи, Над ними надписи и В прозе и в стихах О добродетелях, О службе и чинах; По старом рогаче Вдовицы плачем урны, Ворами со столбов Отвинченные урны, Могилы склизкие, Которые также тут, Зеваючи жильцов, К себе наутро ждут, Такие смутные мне мысли все наводят, Что злое на меня уныние находит. Хоть плюнуть да бежать! Но как же любо мне Осеннею порой в Вечерней тишине В деревне посещать кладбище родовое, Где дремлют мертвые в торжественном покое! Там неукрашенным могилам есть простор, К ним ночью темною не лезет бледный вор, Близ камней вековых, покрытых желтым мохом, Проходит селянин с молитвой и со вздохом. На место праздных урн и мелких пирамид, Безносых гениев, растрепанных харид Стоит Широко дуб Над важными гробами, Колеблясь И шумя.