Клапаны

Смотри, как быстро меняется всё. Ты надеваешь пальто, и я уже готов. Забирай всё барахло и давай проваливай. Я походу завалил каждый из экзаменов. Прилип к вашей троице, давай реви. Буду спокоен, словно Геральт из Ривии. Уже затянута петля, тише, не кричи. Не лечи притчами, это всё наше лично. Искал тебя в страницах двух советов, На бетоне подъездных лестничных клеток. С заколючками запреток нигде нету, Ни в аптеках, ни возле. Ну верь, где ты? Кто-то видел, но редко гуляла В парке. Говорят, тебя знают бывшие нарки. Говорят, кто не знает её, тех жалко. И кто умер без неё, там всем жарко. Я ушёл к порогу нашего храма. Не мог уснуть без неё, пришёл рано. Нашёл тебя там и не искал дольше, Но ты сказала мне тихо, любовь больше. Голодное сердце во рту стынет Светом. В агонии бьётся холодным рассветом. Увидел первый раз её в улыбке одноклассницы, Её глубокие глаза под цвет синего платьица. Но мы вдруг переехали, сменили место жительства. Мне девять лет, и я мечтаю дожить лет до Ста. Год нулевой настал, а искал Любу в прохожих. Сюжеты тут переплетаются, как ткань рогожи. Были кассеты и кроссовки, но не было мебели. Там была вся наша тусовка, только Любы не было. Мне было пятнадцать, зима в осенней курточке. Увидел в девочке ту самую, первую Любочку. Не знаю, может показалось, может сам додумал. Для смелости накатил для спокойствия. Сделать первый шаг было трепетно и боязно. Люба махала мне платком с перрона на поезде. Бежал, сколько было сил, вагоны качались. Во рту привкус депрессива со вкусом печали. Без Любы жить стало как черпать воду зилкой. Искал её в таблетках, искал её в бутылках. Мне двадцать, с бритым бицепсом наголо стрижен. Циники говорят, Люба, завсегдатай гастишек. Трясет целлюлитным задом перед нуворишами. Закрываю глаза, чтоб не видеть её интрижки. Любу таскают по вертепам, по барам, притонам. Я затыкаю уши, чтоб не слышать её стон. Мне тридцать, травмбольница, реанимация. Она примчала первая в том же самом платьице. Одноклассница, губы как алый шов. Обняла мою голову, всё будет хорошо. Проснулся, никого, вену капельница. Сказала, наберёт, да ну, бред, галлюцинация. Не засыпая, я кладу телефон на тумбочку, Мечтая проснуться однажды входящим от Любочки. Голодное сердце во рту стынет светом. Мой сканер мяско дёргается лапами и выбивает мои Сердечные клапаны. В агонии бьётся холодным рассветом. Мне без Любы нет пути к звёздам. Обязан тебе перекрыть воздух. Голодное сердце во рту стынет светом. Мой сканер мяско дёргается лапами и выбивает мои Сердечные клапаны. В агонии бьётся холодным рассветом. Мне без Любы нет пути к звёздам. Обязан тебе перекрыть воздух.