За это и за то E

Е. Первым снегом покроет, браток, Упаковка рифм на свеженький биток. И не остановить этот поток, Мне бы воздуха глоток и вот итог. Знаю, невелик мой городок, Но иногда в зале толпа, руки в потолок. Значит смог. И я это понял давно, Это, как бы сказать, одно двойное дно. Дирижуруя строчки от повстанцев, Все вибрирует и бочки как трепанация. Кто-то разбился под Вологдой. Моему городу пох*й. В моем городе холодно. Стоят устало причалы на сваях, И мы снова зачитаем, чтобы лед растаял. В арке, под стуки бита наскоряк, Прикончив сто, или сто пятьдесят вискаря. Фонари горят, о многом говорят, С января до декабря. Это обряд. Яу. Все ли мы люди бог рассудит, То ли еще будет, то ли еще будет. За то, чтобы хип-хоп зимой согревал, За эти дома меж ледяных скал. За четкий бит и за грязный вокал, Я поднимаю бокал за этот закал. За то, чтобы хип-хоп зимой согревал, За эти дома меж ледяных скал. За то, что солнце скоро взойдет за домами, Я поднимаю за тех, кто не здесь, но он с нами. Я никогда не любил улыбаться на фото, На улице -20, а на душе тепло так. Дружба не ветшает и не мутит воду, Когда ты с корешами решаешь за погоду. В городе, где выносят из квартир ссоры В городе, где каждый твой шаг под надзором. Как мотоциклетный шлем капюшон Мой город маленький, но *башат как в большом. Не дрогнет рука, нанося тегу на стену Молча облака уплывают на север. О наших делах им все давно известно, И если стелят они знают: «Это кто-то местный.» И не надо тут других для этого, Микро в моей руке от заката до рассвета. А ты уехал и назвал мой город слащавым Но Петрозаводск такую х*йню не прощает. За то, чтобы хип-хоп зимой согревал, За эти дома меж ледяных скал. За четкий бит и за грязный вокал, Я поднимаю бокал за этот закал. За то, чтобы хип-хоп зимой согревал, За эти дома меж ледяных скал. За то, что солнце скоро взойдет за домами, Я поднимаю за тех, кто не здесь, но он с нами.