Дочь и падчерица

Женился мужик вдовой, а с дочкою на вдове, тоже с дочкою. И было у них две сводные дочери. Мачеха была жуть какая ненавистная, отдыху все не может дать старику. "Вези, - говорит, - мою дочь в лес, в землянку, она там больше напридет". Ну, что делать мужику-то? Послушал он бабу-то и свез дочку в землянку, дал ей огнивку, кремешек, труду да мешочек круп и говорит: "Вот тебе огоньку, огонек не переводи, кашку вари, а сама сиди да пряди, да избушку-то не забудь, припри за собой". Ночь пришла, девка затопила печурку, заварила-то кашу. Откуда ни возьмись, мышка ползет и говорит ей тоненьким голоском: "Девица, девица, дай мне ложечку кашки!" - "Ох, моя мышенька, разбай мою скуку, я тебе дам не одну ложку кашки-то, а и досто тебя накормлю". Наелась мышка и убежала. Ночью пришел медведь: "Ну-ка, девушка, - говорит, - туши огни, давай в жмурку играть". А мышка взбежала на плечо девицы и шепчет ей на ушко-то: "Не бойся, девица, скажи: давай, - а сама туши огонь да под печь влезай, а я стану бегать и в колокольчик звенеть". Так оно и случилось. Гоняется медведь за мышкой и не может поймать. Реветь стал, да поленьями бросать. Бросал он тут, бросал-то, да не может никак попасть, угадать не может, что. Устал он, ол и молвил-то: "Мастерица, девка ты в жмурку играть, ах, ты! Зато, - говорит, - пришлю тебе утром стадо коней да воз добра". Наутро жена просыпается и говорит старику: "Поезжай, - говорит, - старик, проведай-ка дочь-то, что она набрела-то в ночь?" Что делать? Уехал старик, а баба все сидит да ждет, как-то он дочери косточки-то привезет. А вот собачка рядом: "Тяв, - да говорит, - тяв, тяв да тяв. Стариком дочка едет, стадо коней гонит, а воз добра везет". - "Врешь ты все, Шафурка! Это в кузове кости гремят да по крыхе воют". А вот ворота заскрипели, кони-то на до взбежали, а дочь-то с отцом сидят на возу. Полон воз добра. У бабы тут от жадности глаза-то уж аж горят. "Эка важность! - кричит. - Повези-ка дочь мою в лес на ночь всю. Моя дочь два стада коней пригонит, вот увидишь, два воза добра притащит. Ух!" Повез, что делать, мужик и бабину дочь в землянку-то, так же снарядил ее едою и огнем. А к вечеру заварила она кашку-то, а вышла мышка-то и просит кашки у Наташки. А Наташка тут ей кричит: "Ишь, гада какая!" И швырнула в нее ложкой. Но мышка было ничего делать, убежала-то она. А Наташка уписывает кашу-то, съела весь горшок, огни-то позадула и прикорнула в углу. А вот уж полночь пришла, а возоумился тут медведь и говорит ей: "Эй, а где ты, девушка-то? Давай-ка, - говорит, - в жмурку поиграним". Девица молчит и только со страху зубами тук-тук стучит. "А, вот ты где! На колокольчик бегай, а я буду ловить". Взяла она колокольчик, а рука-то дружит вся. Колокольчик-то без перечь звенит, а мышка ей отзываетсяи: "А злой девице живой не быть". Утро пришло, а шлет баба старика в лес и говорит ему: "Ступай, - говорит, - дочь моя два воза привезет, а два табуна пригонит". А мужик уехал, а баба то за воротами ждет его и ждет. Собачка: "Тяв, тяв, - говорит, - тяв да тяв. Хозяйкина-то дочь едет, в кузове костьми гремит, а старик-то на пустом возу сидит". - "Врешь ты, Шавчонка ты! Дочь моя стадо коней гонит и возы везет. Хо-хо-хо". Глядь, старик-то у ворот жене кузов-то подает. Баба тут же кузовок-то открыла, то глянула, то туда, там косточки, и завыла она тут, завыла, да так разозлилась, что, что с горя, той злости-то на другой же день умерла. А старик с дочкою хорошо свой век доживал и знатного зятя к себе в дом принимал.