А мальчик, тем временем

А мальчик тем временем, не ведая ни о чем, Подъезжал к Броселианскому лесу. День пути. И вот усталый, бесприютный, Голодный видит он речку, а за нею на лугу У опушки шатер, крытый бархатом и кожей. И не было там ни парома, ни моста, Ни брода. Напрямик погнал он лошадку, Высвободив ноги из стремян, и поплыл к тому берегу, Оставив коня утонуть или выплыть, Как придется. А ведь сколько раз твердила матушка: "Не спросясь броду, не суйся в воду". Вот и кончилось дело тем, что намок юнец по Самое горло. Благо еще речка оказалась не столь Глубокой. И спешившись, как есть, Врывается он в шатер, Да и обмирает. А, позвольте, ну кто вы и откуда? Немедля прочь! Ворваться к благородной даме! Да как же мне быть? Я очень голоден. Ну что за чучело водяное? Уж не хотите ли вы съесть меня? Нет, Право, нет. Ну, если вы не привереда, Ешьте. Вот остатки вина, хлеба и жареной куропатки. Благодарю вас, дама. Ну и смачно же вы лопаете. А пьете-то как жадно! Уж очень я Проголодался. День не ел и не пил. Какая же вы Красивая! Ну а теперь благодарю за Посещение и живо собирайтесь-ка в путь, А то сейчас вернется мой супруг и влепит вам Как следует. Ага, вот уж кого не испугался. Нет уж, уходите. Конечно, если на вас падет тень из-за моего здесь Присутствия, я готов покинуть шатер. И тут Юный наглец склоняется к даме, Целует ее прямо в уста, а памятуя слова матушки, Еще и срывает у нее с пальца заветное колечко, После чего, весьма довольный собой, Наконец удаляется. Но тут повесть о даме умолкает, Потому что об этом будет рассказано дальше, И было бы жаль дробить этот прекрасный рассказ. Пускай пока идет своим чередом вслед за мальчиком в Шутовском наряде, а он спешит. Однако всякого встречного и поперечного приветит с Почтением и неизменно добавит, Что так велела ему поступать его возлюбленная Матушка.