Он скачет дальше

Он скачет дальше. Теперь путь его пролег среди мхов, Бурелома, среди мест глухих и нехоженых. А чем дальше, тем больше топей, Болот, да и на душу легла тоска, Бесприютно одинокая. И вдруг... Что это? Женский голос? Где-то рядом. Нет, нет, неправда, что ты убит, Убит, мой друг, мой друг. Смерть, как ты гнусна, сколько стариков ты милуешь, Оставляешь жить, а моего прекрасного друга ты, Бешеная, взяла и похитила. Простите, дама. Вот видишь, мальчик, это мой жених. Ой, я несчастная, Сигуна. Мне велено быть чутким к любой слезинке. Не мог бы я вам помочь, Сигуна? Я готов пришпорить коня и наказать. Твой нрав мне дорог. Благодарю тебя. Назови мне твое имя, чтобы я могла тебе пожелать Удачи. Я королевский сын, Но матушка моя звала меня Милый сын, нежный сын, дорогой сын и более никак. Так вот кого судьба послала мне. О, милый сын Гомурета короля, знай, Твое прозвание Парцифаль. Пронзать людей любовью, а врага копьем твое Предназначение. Помни всегда об этом. И долгий путь ждет тебя впереди. А теперь скачи мимо, оставь меня с моим горем Наедине. И так, рассказывается дальше, он ускакал и горько Сокрушался, Но в слезах и пенях толку мало. Ветер переменился и теперь дул с северо-запада, Неся с собой холод и влагу близких дождей. Под вечер обессиленный Парцифаль, Впредь так он и станет прозываться, Бросает поводья, и усталый конь его бредет наугад, Куда судьбе угодно, пока не оказывается перед Полноводной рекой, в которой вода так поднялась, Что грозила городу на том берегу. Увидав это, вскачь пускает Парцифаль коня по Висячему ветхому, сплетенному из ветвей мосту, Который шальной ветер раскачивал, Подобно качелям над взбаламученным потоком, Где вода ярилась и рычала, как зверь. Но вот уже он стучит дверным кольцом в железные Ворота. Кто вы? Откройте! Коль вы нам желаете зла, нам и без вас Его хватает. Желаю зла? Поверьте, немало. Я жалею вас от всей души и Намерен доказать это вам делами. Сейчас я спрошу. Ступайте за мной, красный рыцарь, коня отдайте пажу. Я провожу вас к нашей королеве, прекраснейшей Конверамур. Вот так эти два юных существа оказались друг против Друга. Это ей, королеве Конверамур, Привелось нынче править осажденным водой и врагами Городом. Так говорит предание, Город был в осаде. Юная королева взглянула на Парцифаля приветливо и Кивнула ему, а он, застыв, молчит. Помнил наказ Гурнеманца: рыцарю невместно лезть Первому с вопросами. Только думал он, глядя на Конверамур, Что никогда не видал столь прекрасного и величавого Юного создания. Цвет лица у нее был светлее и белее цветов Лилии, а розовый цвет щек чудесно оживлял лицо. Глаза излучали столь яркий свет, Что напоминали звезды. Поистине, природа не создавала лучшего носа, Рта и глаз. Но еще знайте то, чего пока не ведал он, А именно, что умела она великолепно расшивать Кошельки, сукно шелком и золотом, Читать, писать, говорить на латыни, Играть на арфе, петь песни сарацинские, Гасконские, французские, лотарингские и бретонские Ле, что была она мила, а натуру имела Возвышенно. Пождав немного, поняла Конверамур, Что это ей, как хозяйке, надлежит первою приветить Гостя. Мой рыцарь, я должна спросить вас, Кто вы, откуда путь держите и по какой причине Вы здесь, А также готовы ли вы нам служить? Мое прозвание Парцифаль. Я королевский сын, а путь держу от благороднейшего Рыцаря Гурнеманца. И сама судьба привела меня к служению вам. Ах, рыцарь, край наш пребывает в несчастье. На нашу долю выпали тоска, вздохи страдания. Коль вы согласны нам служить... Я стану служить вам всею силою безропотно, Пока рука моя сможет удерживать меч или пока не Возьмет меня могила. Зачем пали на колено передо мной? Я не распятие. Вставайте, вставайте скорее, о, пожалуйста. Ах, У меня крайняя нужда и нет другой надежды. Благодарю вас за свой народ и поведаю вам, Отчего так все случилось. Я слушаю вас, Конверамур. Когда король, отец мой, скончался, Король Кломид силой захотел повести меня к венцу, Но только лучше с башен крепостных пускай всех нас Сбросят в бездонный ров, чем быть мне его женой, А людям моим его рабами. В ответ на мой отказ Кломид взял да и Задушил город осадой. Только наводнение и дало нам передышку. Молю вас, избавьте нас от короля Кломида и Мерзостного его сенешаля Кенгруна. Пускай не ждут снисхождения ни Кломид, Ни Кенгрун. Я призову их к суду. Клянусь вам.