Руслан и Людмила, Часть 1

Дела давно минувших дней, Преданья старины глубокой. В толпе могучих сыновей с друзьями В гриднице высокой Владимир Солнце пировал. Меньшую дочь он выдавал за князя храброго Руслана И мед из тяжкого стакана за их Здоровье выпивал. Не скоро ели предки наши, не скоро двигались кругом Ковши, серебряные чаши с кипящим пивом и вином. Они веселье в сердце лили, шипела пена по краям, Их важно чашники носили и низко кланялись Гостям. В унынии, с пасмурным челом за шумным свадебным Столом сидят три витязя младых, Безмолвны за ковшом пустым. Забыли кубки круговые и брашно Неприятно им. То три соперника Руслана. В душе несчастные таят любви и Ненависти яд. Один Рогдай, воитель смелый, мечом раздвинувший Пределы богатых киевских полей. Другой Фарлаф, Крикун надменный, в пирах никем не Побежденный, но воин скромный средь Мечей. Последний, полный страстной думы, Молодой хазарский хан Ратмир. Все трое бледны и угрюмы, и пир Веселый им не в пир. Вот кончен он. Встают рядами, смешались шумными толпами, И все глядят на молодых. Невеста очи опустила, Как будто сердцем Приуныла. Руслан мне- Во сне Минувших с тобой, как Знаю, ой, Лада, Не лада. Разгони тоску мою, Пропадай Злоба! С милым в сердцу чуждый край Будет рай. В терему моем Высоком, как и здесь Порой, Запою, Запою, Провидье Дорогой, Запою, Ой, Лада, Про любовь мою. Он не Предан Нам, он широком нашем Киеве-далёком. Но тень объемлет всю природу. Уж близко к полночи глухой. Бояре, задремав от мёду, с поклоном убрались домой. Огни погасли, И ночную лампаду зажигает Лель. Ты печальные скрываешь, но мне по радости не унять. Нашу молодую жизнь ты дышем в кожу восхищенно Сияешь. Ты покоришь нас всех мечтанием, Ты улыбкой взоржёшь нас вся. Уйди, долада, Лель! Уйди, долада, Лель! Вдруг Гром грянул. Что Свет блеснул в окнах. Небеса! Лампада гаснет, дым бежит, кругом всё смерклось, Всё дрожит. И замерла душа в Руслане. Всё смолкло. В грозной тишине раздался дважды голос Странный, и кто-то в дымной глубине взвился, Чернее мглы туманной. И снова терем пуст и тих. Встаёт испуганный жених. С лица катится пот остылый. Трепеща хладною рукой, он вопрошает мрак немой. О горе, нет подруги милой! Хватает воздух он пустой. Людмилы нет во тьме густой, похищена Безвестной силой. Однако жив Руслан несчастный. Но что сказал великий князь? Где? Где Людмила? Дети? Други? Я помню прежние заслуги. Уж сжальтесь вы над стариком. Скажите, Кто из вас согласен скакать за дочерью моей? Чей подвиг будет не напрасен, тому, Терзайся, плачь, злодей, не мог сберечь жены Своей. Тому я дам её в супруги С полцарством прадедов моих. Кто же вызовется? Дети? Други? "Я!" Молвил горестный жених. Я! "Я!" воскликнули с Рогдаем Фарлаф и радостный Ратмир. Сейчас коней своих седлаем. Мы рады весь изъездить мир. Отец наш, не продлим разлуки. Не бойся, едем за княжной. Все четверо выходят вместе. Руслан уныньем как убит. Мысль о потерянной невесте его терзает и мертвит. Садятся на коней ретивых, вдоль берегов Днепра Счастливых летят в клубящейся пыли. Уже скрываются вдали, Уж всадников не видно боле, Но долго всё ещё глядит великий князь в пустое Поле, И думай им вослед летит.