Мы хотим танцевать

Наше сердце работает как новый мотор. Мы в четырнадцать лет знаем все, Что нам надо знать. И мы будем делать все, что мы захотим. Пока вы не угробили весь этот мир. В нас еще до рождения наделали дыр. И где тот портной, что сможет их залатать? Что с того, что мы немного того? Что с того, что мы хотим танцевать? Мы, Мы хотим танцевать. Мы, Мы хотим танцевать. Мы, Мы хотим танцевать. Мы, мы, мы, мы. Наша музыка для них шум, наши танцы для них Конвульсии. О чем все эти странные песни они не В курсе. Мы не оправдали их ожиданий, От нас хотели другого. Мы говорим на одном языке, но в речи друг Друга не разбираем ни слова. Понимание между нами недостижимо порою, Как двадцать восьмая днюха Кобейна или тридцатилетие Цоя. Поколения сменяют друг друга, как треки в Диджейском сете. Вот уже по двору бродят с колясками Вчерашние дети. Впрочем, мы еще спляшем, как старики в парке под Звуки оркестра. Джангл вместо вальса и танго, Хаус фокстрота вместо. Будем орать друг другу на ухо, перекрикивая диджея. Что-то про то, что в наше-то время трава была Куда зеленее. Мы еще посетуем на то, Что потомки все неправильно поняли. Мол, их танцы конвульсии, детская их музыка как Афония. Ну а пока что мы слышим этот бит И без слуховых аппаратов. Но это вовсе не означает, что громче делать не Надо, ведь мы, Мы хотим танцевать. Мы, Мы хотим танцевать. Мы, Мы хотим танцевать. Мы, мы, мы, мы. А сейчас, сейчас мы хотим Танцевать. Наше сердце работает как новый мотор. Почему и чего мы еще должны Ждать? Мы будем делать все, что мы захотим. А сейчас, сейчас мы хотим танцевать. Мы, Мы хотим танцевать. Мы, Мы хотим танцевать. Мы, Мы хотим танцевать. Мы, мы, Мы, мы, мы.