Л.

Вот почему падал снег На зеленые листья в ту ночь Ломая руки и головы деревьям Кусаясь колючим ознобом Утром шли на работу люди Он, она и я Плыли по лужам октябрьским, Стучались в окна, крутились как-то, Выдумывали, мерцали А у тебя на дне зрачка уснула улитка Перламутрово светилась в звездной жидкости И просвечивала в зеленом своем беспокойстве И горела Я видела, когда пили вместе Как твердела и сыпала гроздья, Рябила океанскую пленку планеты Чтоб вы знали Бывают такие люди Чтоб вы знали Бывают такие звери Чтоб вы помнили Умирают люди И после смерти Превращаются в ветры Я храню твои письма Перечитываю нашу Двухлетнюю переписку Пока нас не разъединили Колесницы, киты Я от тебя в отдельном Заколоченном мире Схлопываюсь до точки в экране Скатываюсь до цели И уже 5 лет Тебя нет И уже 5 лет Тебя нет И уже 5 лет Тебя нет Пришла в голову мысль, что писать тому, кто тебе не отвечает, очень легко и удобно. Это как говорить с небесами. Поскольку они тебе не отвечают, можно надеяться, что они тебя понимают. Хотя в каком-то смысле они иногда отвечают. Шепчут порывом ветра. Подмигивают светом в доме напротив глубокой ночью. Но и с тобой так же. Потому что отсутствие ответа — это тоже ответ. Что еще написать? Извечную тему трогать боюсь, так как она-то вечная, а я — нет. Люблю тебя вспоминать, было много веселого и немного грустно, но, как говорится, ложка дегтя... Ой, не ту пословицу вспомнил, не ту. Кстати, ты у меня ассоциируешься с Альмодоваром. Или он с тобой. Недавно смотрел «Все о моей матери», целовал монитор. Хотя казалось бы, что общего у старого толстого седого мужика и юной до зависти Вечности, прекрасной, как мои сны о Космосе, пьянящей, как воздух с вершины Мира, танцующей во взгляде, как Катунь в объятиях Чемала, глубокой, как глоток чая со склонов Фудзиямы и бьющей в голову с силой пушечного выстрела? Что еще написать?