Шатуны

Опять спалилась наружка, Остановилась прослушка. Докладывает мышка-норушка: «Связь нарушена, а я обнаружена». Иссякли запасы жира. Проснулся медведь транжира. Пока сосали лапы упитанные сородичи, Он прошвырнулся за колбасками охотничьими. Не шумите, пацаны, В лесу медведи-шатуны. Хорошо, если спят. А если нет, пойдут молоть всё подряд. Пойдут молоть всех подряд. А у нас Свист И пляс, Бесконечный перегар. Под скромный репертуар Гармониста Иваныча. «Заря, заря, заря, Алая заря…» А его тёски Потапыча Видели давеча Следы егеря. «Время для любви После войны…» Не дымите, пацаны, В лесу медведи-шатуны. Не дымите, пацаны, В лесу медведи, медведики. Они слышат Тех, кто дышит. И когда Один из них придёт сюда, Едва ли кто-то выживет. Когда-то были копия и ружия, Но вы пропили всё оружие. Когда-то собирали-разбирали калаши, А теперь из этикеток составляем коллажи. Вы пели свои песенки-чудесенки зазря, Пока я проводил досуг за чтением псалтыря. И с высокой долей вероятности Мы нарвёмся на неприятности. Мои молитвы не были услышаны. Топтыгин у порога нашей хижины. И я стою у двери обездвиженный От страха. Может, всё-таки росомаха? Пока сосали лапы упитанынные сородичи, Мишутка прошвырнулся за колбасками охотничьими. Не дышите, пацаны, В лесу медведи-шатуны. Хорошо, если спят. А если нет? Медведики, медведики… Богу — богово, Хозяину леса — медвежье логово. Но на его пути домой от человечьей хижины Всё больше выжженной земли. Успели дать наводку На нелепую походку, На бурую спецовку Отправить ориентировку, И подсветить дорогу косолапого и карего Огнями залпового зарева. Медведь проснулся зимой. Медведь вернулся домой, Хоум-камер. В ужасе замер. Неожиданная концовка. Не помогла маскировка. Там, где была его берлога, воронка. Спала мамаша, спала сестрёнка. Не балуйте, пестуны, Рядом люди-шатуны. Хорошо, если спят. А если нет, айда молоть всех подряд. Айда бомбить всё подряд.