У подножия горы

Солнце уже закатилось, и было почти темно. Они шли очень долго и наконец, Когда совсем стемнело, Пришли к подножию высокой горы. Через вспышки фотокамер насквозь протыкая суть, Закрыв лицо руками, продолжают путь те, Чье имя повторяет эхо конопляных полей, Чье состояние единица и море нулей. И невозможно отказаться от их щедрых даров подвалов Подсознания, и ты уже готов, как вымирающий город Толпой голодных детей с трепетом ждать в порту Прихода кораблей. Как говорится, новый день родится, Кто-то пробьется, а кто-то отоспится, Сотрется память о вчерашних делах, Когда солнце, как обычно, ударит небу в пах. Кто похитил эту мысль из головы творца? Как в семнадцатом свободу из Зимнего дворца Лирически оформить порабощение, тем самым увеличить Потребление на душу населения? Но люди болеют, им выписывают справки. Закон о чистой расе будет принят без поправки. На экранах пустых кинозалов ловят бандитов. Вахтенные семьи плодят трансвеститов. Нет рифмы, нет причины, если не искать привыкания, Преклонения, да, их не избежать. А когда станет страшно, как ребенку в ночном лесу, Не спрашивай меня, чей палец в твоем носу. Ты открыл первый том, он разрушит твой мозг, Как был взорван Лондонский мост в сорок втором. Две руки за головой, человеческий род смеется над Собой. В небе сероводород, йоу! Не прикалывай судьбу, забудь тьму. Полуденное растраты счастья это табу. Все мы в касте. Всплески суеты переливаются цвета в Цветы. Древние фрески оплакивают стыд. Прах моей мечты на пути к переподготовке. Этот страх напоминает замену кожи на татуировке. Случайная остановка здесь, продавцы кассет торгуют Тайной. Листик и путевка на тот свет для тех Немногих, их давно не выбирали. Мы не застали никого, в чьих душах слова оживали. Судьбы совпали, как запах амали и шмали. Ножа залаять в руке и начал удава танц-знак. Он читал все громче и громче. Раздался оглушительный грохот, И земля исступилась перед ним. Йоу! Невозможно передать словами это видение на краю Грязного мира, где без всякого сомнения чувствуешь Себя на ступень выше всех. Душа свободной стремится вверх. Полет птица в небе видит свысока, Как черная гора стремится в облака. Сознание многих подчинено глубокой тьме, Как множество рас на этой земле. Великие вожди ведут свое племя старами богов сквозь Пространственное время. Разные судьбы переплетаются в роду. Одни несут добро, а другие беду. Но какова твоя судьба на самом деле, Не в мечтах, может быть, предвидел в своих сладких Снах. И вернувшись в реальность при яркой луне, Поймешь, какой запретный плод ты держишь в руке. Перед тобой старый лазарет, где много блокадников, Ждущих рассвет, бросаются на стены поносного цвета, Требуя давно протухшего обеда. Озоновые дыры проплывают над нами, Заставляя меня махать навслед руками. Пропадают последние фигуры с диорамы, Оставляя после себя рваные ямы. Кривятся лики возмущенных предков, Видя, что делают их семени клетки. Ветхие надгробья наших потомков залиты кровью Безликих подонков. Все это вызывает чувство отвращения. Я смотрю, но не могу принять решение, полагаясь на Общепринятые правила темных кварталов, Их удача оставила. Задний ход. Внимание! Стимулирует мое сознание. Вспышка света ярко осветила все вокруг до рассвета. Стонет девушка Света сразу после минета. Отпечатки помады в подъезде на стенах. Видны следы дорог на грязных венах. Без этого стоит обойтись. Хочешь жить вертись, обязательно к утру вернись. В огромном море звуков я вылавливаю духов, Фильтрую сквозь себя множество слухов. Черно-белые колебания в разные стороны с частотой Серого цвета амплитуды коричнево-черные. Они шли очень долго и наконец, Когда совсем стемнело, Пришли к подножию высокой горы.