Архангельск E

По лётному полю позёмка. В заполярном плену стынут крылья стальные, И девушка прячет глаза голубые в ресницах Заснеженных. Суетятся вокруг пассажиры: Кто на взлёт, а те уже сели. И вечный сквозняк в полуоткрытые двери, И свет от единственных Тех глаз, что ей обещали вернуться, С которыми рядом хотелось проснуться, Дыханием согретых рук, что коснутся её, Открывая весну. На миг бы увидеть с улыбкой неловкой родную Чуть-чуть с хромотою походку, навстречу бежать по Мерцающей взлётной, занесённой пургой полосе. Но годы идут, чашки-ложки. В садик ходят Маринка и Лёшка. Всё в полном порядке, и только немножко в груди Неприкаянно. Всё труднее придумывать сказки, Когда в небо смотрят близняшки. Она курит одну за четыре затяжки у лётного Поля и ждёт тех глаз, что ей обещали Вернуться, с которыми рядом хотелось проснуться, Дыханием согретых рук, что коснутся её, Открывая весну. На миг бы увидеть с улыбкой неловкой родную Чуть-чуть с хромотою походку, навстречу бежать по Мерцающей взлётной, занесённой пургой полосе. Что дала судьба, тем и живите. Синих птиц возвращения не ждите. Кто сдержал своё слово, тот рядом. Так много в том, что мы не ценим порой. Станет всё не таким уж и важным у него В этой жизни однажды. Он тогда всё поймёт, сядет в свой самолёт, И она взгляд увидит родной тех глаз, Что ей обещали вернуться, с которыми рядом Хотелось проснуться, дыханием согретые руки Коснутся её, открывая весну. И она вдруг увидит с улыбкой неловкой родную Чуть-чуть с хромотою походку и к нему побежит по Мерцающей взлётной, занесённой пургой полосе.