Далеко где покой

Растворился во мраке сине неба свод. Тихо-тихо под утро свой вес несет. Но востанем из пепла под шепот предков, я вдыхаю Прах. Нейросеть генерирует завтрашний день, Под домом соловей перекрывает дрель. Я под одеяло в пуховое царство закрываю глаза, Перематываю день. Из каждого грамма отвода козистого Страшные звуки доносится измель. Глаза закрываю навек, засыпаю. Глаза закрываю навек, засыпаю. Теряясь в пространстве, молюсь, просыпаюсь. Теряясь пространстве, молюсь, просыпаюсь. Теряясь в пространстве, молюсь, просыпаюсь. Раз, два, три. Там, где вечный покой, где порой не с душой, Где удельно у тела мы танцуем с тобой. Убиваем себя мы осколками лжи, Заколачиваем гроб мы под гнётом чужих. Там, где вечный покой, где порой не с душой, Где удельно у тела мы танцуем с тобой. Убиваем себя мы осколками лжи, Заколачиваем гроб мы под гнётом чужих. На цепи разрываются будни из прошлого. Я их пережил, нужно быть осторожным. Богом забытым падике страшном мы пыльные иконы Раскидываем картами. Там для них место прошлым, Где хоронят роскошно. Раскидывай карты, старый босяк, моя жизнь не сахар, Разомну как бы косяк. Там, где вечный покой, где порой не с душой, Где удельно у тела мы танцуем с тобой. Убиваем себя мы осколками лжи, Заколачиваем гроб мы под гнётом чужих. Огном астероверах меня себе повали, обещают власть Над земными существами. В абриональной драке за свое Мы творим, танцы под гарик продолжаем застолье. Реки до моря, горы, дали, сары, всегда я доме, Серень порона. Так же ты унеси меня река к Этим рекам, где бы танцевали весь день под месяц Серый. На цепи разрываются будни из прошлого. Я их пережил, нужно быть осторожным. И Богом забытым падике страшном мы пыльные иконы Раскидываем картами. Там для них место прошлым, где хоронят роскошно. Раскидывай карты, старый босяк, моя жизнь не сахар, Разомну как косяк. Там, где вечный покой, Где порой не с душой, где удельно у тела Мы танцуем с тобой. Убиваем себя мы осколками лжи, Заколачиваем гроб мы под гнётом чужих. Там, где вечный покой, где порой не с душой, Где удельно у тела мы танцуем с тобой. Убиваем себя мы осколками лжи, Заколачиваем гроб под гнётом чужих.