Кто-то может сказать мне кто я E

Кто может сказать мне, кто я? Бездарность или мои строки засядут в голове Миллионов? Кто может сказать мне, когда я увижу Море? Кто может сказать мне, что я чего-то да Стою? Кто может сказать мне, кто я? Скандировать солнцу правой рукой или молиться на Лысую мумию, сложить троеперствие при виде золотых Куполов или спрашивать про пики точеные. Я не знаю, как. Подумаю головой, сделаю так, Чтобы лучше жилось мне зимой. Сделаю так, чтобы бит пробирал до мозга костей. Выверну чужие шрамы наружу. Уже не хочу, чтобы ты брала трубку. Копайте для старой дряни могилку, Скупитесь на гроб, ведь это халяль. Заверните в старую шаль. Вот так, моя дорогая, спи, пока тебя отпевают. Закрывки не скоб старой скатертью. Вот так шальная проводит не хором, А парой чаши пути. Ты лучше поспи, не смотри на весь мир. Так и не смогла ненавидеть. Порой это даже минус. Обломками кирпичей смотрит в глаза Азрахим. И как там было? Постой! Отправят домой, но конвоем, само собой. Но далеко не гармония ждет впереди. Оторвать бы ангелам крылья за наши грехи, Всему вопреки. Если Вселенная бесконечна действительно, то есть Куча копий таких же ебланов. Копия меня уже сбросилась с крыши уфимских бараков, Но пока я жив, значит, все будут посланы нахуй. Кому нужен смысл? Околятся грехи пропагандой. Бухенвальд, слава, просто толпа ебланов. Не стану носить их на рукавах. И если все так, то мне стыдно, что Андрей Пеза хотел назвать моим именем своего сына. Вот так шальная проводит не хором, а блядством в Замке на Черном море среди чекалей и попанцев. В энтих всех книжки с крестами на рукавах и Автоматом в руках. Кто может сказать мне, кто я? Скандировать солнцу правой рукой или молиться на Лысую мумию, сложить троеперствие при виде золотых Куполов или спрашивать про пики точеные. Кто может сказать мне, кто я? Бездарность или мои строки засядут в голове Миллионов? Кто может сказать мне, когда я увижу Море? Кто может сказать мне, что я чего-то да Стою?