Лунный хищник

Укрыты снегом лапы мощных елей. Планета-спутник оттеняет светом темноту. И я, на поручень локтями оперевшись, Под стук неровный блюзовый колес крадусь по полотну. Подслеповатый птицей тепловоз петляет, Выжигая светом фары свой путь среди чернеющих озер. И сердце вечным, точка и тире, Мне шепчет: "Эх, кабы, кабы мне силы дал хозяин, Чтоб на Луну смотреть я мог спокойно, Вынося зеркальный свет тот лживый, И чтоб душа моя не выла, как одинокий волк, И чтобы вспоминал я хладнокровно те лица, Что покинули меня, которым не судьба мне больше Улыбнуться, что выложили мне собой дорогу, Жизни не щадя". В такую ночь мне хочется быть рядом, Чтоб уберечь оставшихся в живых. Мне хочется остаться взглядом, что будет Предостерегать вовек друзей моих, Чтобы тянулись к знанию и свету, Чтобы бесстрашно каялись всегда и чтобы рука их Отдыха не знала в служении Богу, что открывает нам Ворота в небеса. Чтоб имена их в сказках и легендах светили ярко Вновь вступающим на путь, чтоб не просили, Чтоб давали даром, чтоб испарялась в сердце Неуловимая для пальцев страха ртуть, Чтоб мимо звездного пути нога не оступилась и Остальными чтоб не стали никогда. А то спросил я как-то: "А как же остальные?" Как мне монахова сказала Катерина: "А остальными кормится Луна".