Взрослый E

Не выше головы голуби крутились в танце. Дикий капюшон, боеприпасы в панцирь. Столица в лицах гримом и голодранцев, Но я останусь тем же. For someone you will always be a sponsor of Tomorrow's problems. Этом общественном винегрете ты по привычке Наступаешь все на те же грабли. И где-то у нее там между ног усердно добиваешься Награды. Ты невероятно глуп, теперь какой-то малый Слуг просто на место тебя ставит. И не сказать, что завидно, но говоришь его устами. Just like that. Поздравляю! Ты принимаешь эту данность, Хоть и по касательной, ума и не прибавилось, Но это показатель. Ты повзрослел, дядь, раз смеешься над собой. И это показатель. Full point. Чут мыслитель, жизни кузнец, полон Любви, надежды и веры. Хм, гребаный ты инженер. Трижды пожалел, что этому себя подвергнул. Мудрость это когда снова смотришь в это зеркало. Не выше головы голуби крутились танце. Дикий капюшон, боеприпасы в панцирь. Столица в лицах гримом и голодранцев, Но я останусь тем же, без имитации. Не выше головы голуби крутились в танце. Дикий капюшон, боеприпасы в панцирь. Столица в лицах гримом и голодранцев, Но я останусь тем же, без имитации. А я угорел от ваших любовных тем, От слипшихся потных тел, лоснящихся в темноте. На пределе растяжений латексных изделий на пути к Замасажении через ласку поцелуев в шею. Череда коварств все так же ожидает продолжения. А теперь скажи, как бы сам ты нарастил тот Стержень, не пускав на самотек свои ситуации Небрежно. Я так выразил себя, что-то вырастив из Семян, то, с чего кайфанул. А ты будешь в себе искать только изъян. Я с планеты Марс, а ты с планеты обезьян. Опыт подсказал, что мы вряд ли станем друзья, Какого бы ни строил ты из себя ферзя или С улыбочкой общаешься, весь лебезя. Все та же песочница, мы в ней липятня. Возраст все фигня, просто меняется степень Кривляний. Не выше головы голуби крутились танце. Дикий капюшон, боеприпасы в панцирь. Столица в лицах гримом и голодранцев, Но я останусь тем же, без имитации. Не выше головы голуби крутились танце. Дикий капюшон, боеприпасы в панцирь. Столица в лицах гримом и голодранцев, Но я останусь тем же, без имитации. Да я все тот же пацан, хоть и далеко За тридцатку. Весь мой опыт в глазах, глупо его Отрицать. Переломы тех лет жутко болят при осадках, А подбитый еблет помнит каждый просак. Знаю, как все бросать, сжечь мосты и падать в Бездны. В зале славы не факт, что как-то будет Мой тег, но опыт прожитых лет так-то не бесполезен. Ведь исправляя ошибки, я все двигаюсь вверх, Попутно двигая тех, кто на дороге к успеху сбился С курса, завязнув в вязкой жиже помех. Бюро уют как приют света в комнате смеха. И этот свет лицеделов в связке движет нас всех. Подсказке лишних здесь нет. Если ты свой, то все просто. Возраст цифры в башке на туфли не смени в Кросс. Как просто рос беспризорно в поле отборных Отбросов и с азартом подростка так нефигово подрос. Не выше головы голуби крутились танце. Дикий капюшон, боеприпасы в панцирь. Столица в лицах гримом и голодранцев, Но я останусь тем же, без имитации. Не выше головы голуби крутились в танце. Дикий капюшон, боеприпасы в панцирь. Столица в лицах гримом и голодранцев, Но я останусь тем же, без имитации. Не выше головы крутились в танце. Лицах гримом и голодранцев, Но останусь тем же.