Стальное колечко: Дед Кузьма жил со своей внучкой Варюшей

Дед Кузьма Жил со своей внучкой Варюшей в деревушке Моховое у Самого леса. Зима выдалась Суровая, С сильным ветром и снегом. За всю зиму ни разу не потеплело и не Закапала с тесовых крыш суетливая талая вода. Ночью в лесу выли продрогшие волки. Дед Кузьма говорил, что они воют от зависти. Вот-вот, от зависти к людям Воют. Волку ведь тоже охота пожить в избе, Почесаться, Почесаться и полежать у печки, Отогреть заледенелую косматую шкуру. Среди зимы у деда вышла махорка. Дед сильно кашлял, жаловался на слабое здоровье и Говорил, что вот если бы Затянуться бы разок другой, Бррр, сразу бы полегчало. В воскресенье Варюша пошла за махоркой для деда в Соседнее село Переборы. Мимо села проходила железная дорога. Варюша купила махорки, завязала ее в ситцевый Мешочек и пошла станцию посмотреть на поезда. В Переборах они останавливались редко, Почти всегда они проносились мимо с лязгом и Грохотом. На платформе сидели два бойца. Один был бородатый, с веселым серым Глазом. Заревел паровоз. Было уже видно, как он, весь в пару, Яростно рвется к станции из дальнего черного леса. "Скорый", сказал боец с бородой. Смотри, девчонка, сдует тебя поездом, Улетишь под небеса. Варюша схватилась за фонарный столб и закрыла глаза, Как бы и вправду ее не подняло над землей И не утащило за поездом. Когда поезд пронесся, а снежная пыль еще вертелась в Воздухе и садилась на землю, Бородатый боец спросил Варюшу: "Это что у тебя В мешочке? Не махорка?" Махорка. "О! Может, продашь? Курить больно охота". Дед Кузьма не велит продавать. Это ему от кашля. "Эх ты," Сказал боец. "Эх ты, Цветок-лепесток в валенках. Больно серьезная". А ты так возьми сколько надо. Возьми, Покури. Боец отсыпал в карман шинели добрую горсть Махорки, скрутил толстую цигарку, Закурил, Взял Варюшу за подбородок и посмотрел, Посмеиваясь, в ее синие глаза. "Эх ты, Анютины глазки с косичками! Чем же мне тебя Одарить? Разве вот этим?" Боец достал из кармана шинели маленькое Стальное колечко, Сдул с него крошки махорки и соли, Потер о рукав шинели и надел Варюше на Средний палец. "Носи на здоровье! Этот перстенек Совершенно чудесный. Гляди, как горит". Горит. А отчего он, дяденька, такой чудесный? Оттого, что ежели будешь носить его На среднем пальце, Так принесет он здоровье И тебе, и деду Кузьме. А наденешь его вот на этот, на безымянный, Вот так, Будет у тебя большущая радость. Большущая радость. Или, к примеру, захочется тебе посмотреть белый Свет со всеми его чудесами. Надень перстенек на указательный. Непременно увидишь. Будто! А ты мне верь. Верь. Я ведь колдун. Слыхала такое слово? Да, слыхала. Ну то-то. Я старый сапер, Меня даже мина не брала. Спасибо. Спасибо. "Спасибо", сказала Варюша и побежала к себе в Моховое Сорвался ветер, посыпался густой-прегустой снег. Варьюша все трогала колечко, повертывала его и Смотрела, как оно блестит от зимнего света. Блестит как! Что ж боец забыл мне сказать про мизинец? Что будет тогда? Дай-ка я надену колечко на мизинец. Попробую. Она надела колечко на мизинец, А он был худенький. Колечко на нем не удержалось, Упало в глубокий снег около тропинки и сразу нырнуло На самое снежное дно. Где же оно? Где же? Где оно? Варьюша начала разгребать снег руками, Но колечка не было. Нет нигде. Пальцы у Варьюши посинели, их так свело от мороза, Что они уже не сгибались. Нет, нет, нигде. Пропало колечко, Пропало. Значит, Не будет теперь здоровья деду Кузьме И не будет большущей радости. И не увижу я белый свет Со всеми его чудесами. Варьюша воткнула в снег в том месте, Где уронила колечко старую еловую ветку и пошла Домой. Она вытирала слезы варежкой, Но они все равно набегали и замерзали. И от этого было колко и больно глазам. Пропало колечко, Пропало. Дед Кузьма Обрадовался махорке, задымил всю избу, А про колечко сказал: "Это ничего, Ничего. Ты не горюй, не горюй, Дорочка. Где упало, там и валяется. Ты Сидора попроси. Сидора. Он тебе сыщет". Да, сыщет он, дожидайся. Старый воробей Сидор спал на шестке, Раздувшись, как шарик. Всю зиму Сидор жил в избе у Кузьмы самостоятельно, Как хозяин, и с характером своим он заставлял Считаться не только Варьюшу, но и самого деда. Кашу он склевывал прямо из мисок, А хлеб старался вырвать из рук. И когда его отгоняли, обижался, Ершился и начинал драться и чирикать так сердито, Что под стреху слетались соседские воробьи, Прислушивались, а потом долго шумели и осуждали Сидора за его дурной нрав. Живет в избе, в тепле, в сытости, И все ему мало. На другой день Варьюша поймала Сидора, Завернула в платок и понесла в лес. Из-под снега торчал только самый кончик еловой Ветки. Варьюша посадила на ветку Сидора и попросила: "Ну, Ты поищи, Ну поищи, поройся, Поройся, поройся, может, найдешь, А?" Но Сидор скосил глаз, недоверчиво посмотрел на снег И пропищал: "Ишь ты, ишь ты, нашла дурака. Ишь ты, ишь ты!" повторил Сидор, Сорвался с ветки и полетел обратно в избу. Так и не отыскалось колечко.