Мечты

Я бы писал вам про деньги и тёлок, строки На бит ложил бы, как джем, но кричу, что Мир наш поселок. Только, правда, не знаю, зачем. Никто не оценит скилзы. Мы просто дворовые псы, что не дают твоей маме Ночами поспать, качая басами тазы. Но не тут ли занавеса правда? Сейчас это все пропаганда. То, что долбит нормально, хоть дома на сабе, Хоть в авто. Хули острая сталь нам? Стиль изначально подвальный. Мы малые пробы бетона, пробирки, непорочные дети Асфальта. И мною не рулят ни звезды, Ни тернии, районы дождями плачут под бит. Куда же делать еще атмосфернее? Этот клан заразен, словно ковид. Я не знаю, куда Мой голос ведут провода или мобильная сеть. Килогерцы из сердца несет, как взрывная волна. Я не знаю, куда приводят наши мечты, Но держать каждый удар обязаны он, Я и ты. Порой карманы пусты, но карма курит Костыль. Греют под курткой костры. Хорош, парень, остынь. Я не знаю, куда приводят наши мечты, Но держать каждый удар обязаны он, Я и ты. Порой карманы пусты, но карма курит Костыль. Греют под курткой костры. Хорош, парень, остынь. Планета крутится вокруг оси, и я молю ее: Не тормози. И я бегу по ней, все ноги В скреб. Мои мечты это мой поводырь. Куда приводят они? Ведали до селе мне только сны. Мой монастырь через музло себя миру раскрыть, Чтобы после спокойно отойти. Я себя нарисовал, голове столько непосильных мне Идей, что был сбит с толку. Приходилось убирать по одной стол. И я видел каждый раз Бога взгляд колкий. Зачем было обещать после быть волком? Между тем, кем мог бы стать и кем стал, Пропасть. Подошло время пропасть или встать в Стойку. И я выберу обдать кулаки кровью. Так достала рутина тоскливо и сыро, В душе так темно. И я вдарился в поиск Халявного сыра, но там по преданию не повезло. И я жадно искал все пути к дофамину, Но зубы крошились ментально. Я падал на дно, пока вдруг до меня не Дошло, что мой свет это мое музло. И теперь я отдам ему все. Там, где это варилось, было холодно, жестко. Минимум красок на лицах черствых. Копы на пазике, пацы на тазике. Стильно все черное, полоски по классике. В этом и тонуло наше время индиго. Звонит барыга, на дно уплывает Амиго. Так долго не бывает. Это пятая книга. Мы не можем это вывозить. Слышишь, дай тихо. Камнем осыпалась надежда на Завтра. Если все меня покинут, останется дым, Старая одежда без хлеба на завтрак. Я не ставил себе цель умирать молодым. И сквозь три истории потерянного времени, где я Искал себя на фоне серых островов. Ведь это моя личная душевная симфония, засыпанная Пылью в несколько слоев. Я не знаю, куда приводят наши мечты, Но держать каждый удар обязаны он, Я и ты. Порой карманы пусты, но карма курит костыль. Греют под курткой костры. Хорош, парень, остынь. Я не знаю, куда приводят наши мечты, Но держать каждый удар обязаны он, Я и ты. Порой карманы пусты, но карма курит Костыль. Греют под курткой костры. Хорош, парень, остынь.