Яд ва-Шем

Немецких овчарок не любят в Израиле. Израилю псы эти душу изранили. Молясь в Яд Вашеме на свеч колыханье, Я слышу их сиплое с кровью дыханье. Я вижу, как в Бабьем Яру иль Треблинке Глазенки еврейского мальчика, трепетно Расширившись, в ужасе не понимая, Глядят на овчарок, Сошедшихся в лае. И рвется с клыков их горячая пена, И скоро не будет ни ада, ни плена. Лишь небо холодное в Иерусалиме безвинные Души еврейские примет. Наверное, в этом не псы виноваты, А те, кто людьми назывались когда-то. Но мне не избавиться, все понимая, От этого лая, Смертельного лая. Но мне не избавиться, Все понимая, От этого лая, Смертельного Лая. От этого лая, Смертельного лая.