хрупкие люди

Вот бы сейчас романтизировать драмы и говорить, Мол, меня украшают те шрамы. И ковырять, ковырять, выворачивать раны. Ну че там по детству, мама? Вот бы сейчас не вспоминать ночами и не прощать, Потому что мне так сказали. И не дрожать в этой злой тысячетонной печали О том, что было в начале. И кто-то скажет мне: "Да ладно, такие мелочи. Талантливая, яркая, милая девочка". Я сломана, сломана, куклой соломенной на сердце по Центру жгут. Я сломана, сломана, куклой соломенной, Которую вот-вот подожгут. И каждый мой шаг вопреки, назло, Каждый мой шаг стекло. Вот бы всегда быть спокойной и сильной, Как тридцать два. После нескольких лет терапии чтобы Весна. И не плакала: не полюбили. И самооценка стабильной. И чтобы так не болело до жути о том, Что мы, мы прекрасные, хрупкие люди. И что взаймы у нас времени тупо не будет. Давайте чуть ближе к сути. И кто-то скажет нам: "Да ладно, такие мелочи. Нормальные мальчики, милые девочки". Мы сломаны, сломаны, куклы соломенные, В сердце по центру жгут. Мы сломаны, сломаны, куклы соломенные, Нас вот-вот подожгут. И каждый наш шаг вопреки, назло, И каждый наш шаг стекло. А я когда-то даже думала, что в травмах есть Особый вайб И что без них я бы не писала совсем, Была бы серой, Была бы как все. Возможно, да. Возможно, и права была, да. Но все, что нас не убивает, оставляет шрамы в Конце. Все, что нас не убивает, Оставляет шрамы в конце. Все, что нас не убивает, оставляет шрамы в конце. Все, что нас не убивает, оставляет шрамы в конце. Все, что нас не убивает, оставляет шрамы в конце. Все, что нас не убивает, оставляет шрамы. Мы сломаны, сломаны, куклы соломенные, В сердце по центру жгут. Мы сломаны, сломаны, куклы соломенные, Нас вот-вот подожгут. И каждый наш шаг вопреки, назло, И каждый наш шаг, Каждый наш шаг Стекло.