Бернс II, а) Беранже VI

Девятнадцатый век, Девятнадцатый век. Сколько мнений и песен, стихов и надежд, И отметин, и вех ты оставил в сердцах не Для праздных утех. Девятнадцатый век, нам, твоих сыновей, Девятнадцатый век не забыть. Мы мечта их, вдруг ставшая явью. Так вперед за мечтою идет человек, И не гаснет свеча перед грязью и хлябью. Пусть стихи до конца на вопрос не ответят, Девятнадцатый век, что ж, поэты твои лишь Немногие видели в тучах просветы. Мы ведь знаем ответ: созидай и Твори в память, честь отстоявших в Неравном бою за свободу и равенство Живших и павших. Я утопию им посвящаю Свою в память прошлых утопий, Реальностью ставших. Мы хлеб едим И воду пьем, мы укрываемся Тряпьем. И все такое прочее, все такое прочее. А между тем дурак И плут одеты в шелк и вина Пьют. И все такое прочее, и такое прочее. Вот этот шут природный лорд. Ему должны мы кланяться, Но пусть он чопорен и горд, но пусть Он чопорен и горд, бревно Бревном останется. Настанет день И час пробьет, когда уму и Чести На всей земле Придет черед стоять на первом Месте. При всем при том, при всем при Том могу Вам предсказать я, Что будет день, когда Кругом все люди Станут братья. Любуясь ясностью Лазури На берегу когда-нибудь, Вы пожалейте Тех, чья грудь встречала в море Ярость бури. Отдайте честь им, с бурей Споря, в борьбе томительной Устав. Они погибли в бездне Моря, вдали вам пристань Указав.