Байкал

Мы по Байкалу-озеру идем на пароходе. С утра не пьяны вроде бы, а кругом голова. От матушки-природы все ноздри в кислороде, И пенится за дизелем шипучая волна. И Идёма улыбается все по разряду высшему. В пластмассовый стаканчик плескаем коньяку. Давай, давай! Без спроса лезут в душу красоты от Всевышнего. И хлебный мякиш чайки хватают на лету, И хлебный мякиш чайки хватают на лету. А на горах Саянах белый, белый, Белый снег и глубина две тыщи под волнами. Ой-ой-ой! А в небе над Байкалом расстояний нет, Сплошной озон висит над головами. А в небе так и вовсе расстояний нет, Сплошной озон висит над головами. А вечером в Макао для пацанов мы жахнем. Споем, конечно, времечко, друзей и гололед. И будет этой ночью всему Иркутску жарко, Когда его басота по кругу в пляс пойдет, Иркутская басота по кругу в пляс пойдет. А на горах в Саянах белый, белый, Белый снег и глубина две тыщи под волнами. А в небе над Байкалом расстояний нет, Нет, сплошной озон висит над головами. А в небе так и вовсе расстояний нет, Сплошной озон висит над головами. Где ложь, Женя, вещи? Пошла вода в Иркутск. Опана! Тополя. А поутру умчимся в столицу самолетом, Где грудь в районе сердца от суеты щемит. Где прочь от шумных улиц и слякотной погоды Байкал К себе поманит сильнее, чем магнит, Байкал к себе поманит сильнее, Чем магнит. А на горах в Саянах белый, Белый, белый снег и глубина две тыщи под волнами, Под волнами. А в небе над Байкалом расстояний нет, Сплошной озон висит над головами. А в небе там и вовсе расстояний нет, Сплошной озон висит над головами. Почти.