Жаль, что там, наверху

Весенним месяцем четырнадцатого числа в белом с Кровавым подбоем плаще никогда не придут царства Истины дни. Это я-то добрый. Ну что же, смотри. Человек по природе слаб. Ты ошибаешься, всадник. Золотое копьё очень скоро поют о нем. Бог один, он у нас внутри. Ах, как жаль, что там, где на все есть Ответ, тоже бывает гроза и падают капли яда вниз, Попадая в лучших из нас. Пал невольник чести поэт. Сколько мог бы еще сказать. И перстом указавший на крыс, вдруг лишился руки и Глаз. Подвела пастуха тропа, и сомкнулись навек Уста. Пал отважный спартанец ниц, Маску снял Лисидей и Жут. Им бы жить, да платок пропал. Не спасла назначенья сталь благороднейший датский Принц. Подлый Яго, идиоту брут. Жаль, но там тоже бывает пир, где вино рекой И с лихвой огня, где покушав сполна и поспать Сумев, не смогли наш покой сберечь. И прокралась чума в наш мир, и на брата Брат руку поднял, и крестом прикрываясь, Свирепый леп указал на восток, Поднимая меч. Не успела земля остыть, инквизиции страшный суд. Не успел отцвести фашизм, корни губит иная власть. Догорают в костре холсты, занесен черный смерти Кнут, чтоб уродством своей души кто-то мог Любоваться всласть. Ах, как жаль, что там, где нас нет, Тоже бывает война. И стрела не за тем, чтоб любить, Летит, в глади неба скользя, предавая за горсть Монет, чтоб его подарить всем нам. Сеять смерть, чтобы вечно жить. Ну почему по-другому нельзя? Снова снится кому-то тревожный сон. Это только сон. Погрешим пока, но на всякий случай пройдем в Неурочный час по святым местам. Реквием готов, на то и гений он, И рукою друга яд уже подсыпан в бокал, Иначе все в его тени умрем. Так неужели нет правды и там? А ты все шел, одевшись в полный свет, Вверх по лестнице, ведущей к луне. На ней то ли конек, то ли дракон уходил, Даруя грешным мечты, навсегда оставляя след от игр На самой тонкой струне. Все люди добрые, поверь, Гемон, все люди добрые и Даже ты.